Она попыталась прикоснуться к нему, но он отшатнулся от нее, тяжело дыша.

 — Что я должна сделать для тебя, Райан? — она спросила. — Встать на колени в темном переулке?

 — Не говори об этом. Пожалуйста, не говори об этом.

 Она продолжала: — Если я пересплю с кем-нибудь за деньги, ты перестанешь думать, что ты не достаточно хорош, чтобы прикоснуться ко мне, поговорить со мной?

 Выражение его лица было ужасным. — Что ты делаешь? — спросил он отчаянно.

 — Если это то, что нужно, то я сделаю это. — Она снова направилась к двери.

 — Сара!

 Она почти достучалась до него. — Я не позволю тебе закрыться от меня.

 — Сара. — Он снова схватил ее.

 — Что они сделали с тобой? — она потребовала ответа, пытаясь высвободиться из его хватки.

 — Не заставляй меня ... Пожалуйста, не делай этого.

 Она повернулась к нему лицом. В его глазах были слезы. Она была так близко, чтобы растопить лед в его душе.

 — Расскажи мне, что случилось с тобой, — сказала она, — или я клянусь могилой моей матери, я пойду и продам себя в гостиничном баре сегодня вечером.

 — О, Боже, Сара, нет, пожалуйста, я не хочу, чтобы ты узнала, что это такое. Пожалуйста, просто оставь это.

 Она взяла его за плечи. — Тебя изнасиловали прошлой ночью?

 Он отступил от нее, наткнулся на кровать и опустился на нее. Он наклонился и закрыл лицо руками. Через мгновение он зарыдал.

 — Нет, — Райан выдавил. — Ему не нужно было насиловать меня.

 Она опустилась на колени перед ним, прижавшись к нему, и гладила его по волосам. — Что ты имеешь в виду?

 Он шмыгнул носом, его плечи дрожали. Сара обняла его и поцеловала в волосы. — Я люблю тебя. Пожалуйста, дай мне утешить тебя. Что случилось?

 Постепенно вся эта история вылилась из него вместе со слезами. Она слушала его с ужасом и состраданием, когда он рассказал ей, что нападение прошлой ночью имитировало изнасилование, которое до сих пор преследовало его. Он был раздет, во рту был кляп, чтобы он не мог кричать, и куча мусора на бетонном полу, и запах мочи вокруг.

 — О, Райан, — пробормотала она, поглаживая и обнимая его, целуя его в шею, его влажную щеку, его помятые волосы. — Любимый мой.

 — Прошлой ночью мне не было больно, — сказал он. — Он не сделал мне так больно, как это было тогда. — Он продолжил: — но был страх. Боже, я так испугался. Мне было еще более страшно, чем когда это на самом деле произошло, потому что на этот раз я знал, что будет. Я все вспомнил. — Он устало вздохнул. — Только этого не произошло на этот раз.

 — Она не хотела, чтобы ее «товар» пришел в непригодное состояние, — сказала Сара. — Она просто хотела унизить тебя. Сделать тебя слабым. Чтобы ты сдался и сделал все, что она скажет.

Он кивнул. — Это, должно быть, была она. Она рассказала Дэрреку, что делать. Он знал подробности. Знал, как и на что надавить, чтобы напугать меня. А Кэтрин — единственный человек, которому я когда-либо говорил.

 — Может ты, по крайней мере, подумаешь, чтобы заявить в полицию?

 — Нет!

 — Райан ...

 Он покачал головой. — Ты не понимаешь.

 — Объясни мне.

 — Меня задержали по подозрению в занятии проституцией всего несколько недель назад, Сара. Полицейские будут считать, что что-то просто пошло не так. В лучшем случае, они проигнорируют меня. Может быть, они меня унизят. Так они поступают со шлюхами.

 — Но я скажу им...

 — Что? Что сутенер рассердилась на меня, потому что я ушел от нее, и решила послать другого ее мальчика побить меня? Мальчика, у которого был зуб на меня, потому что я избил его несколько недель назад? Ты думаешь, что полицейские будут разбираться в потасовке между парой проституток?

 — Он напал на тебя, Райан. Это является незаконным независимо от того, кем ты работаешь.

 — В реальном мире, Сара, я не могу пойти в полицию с этим. Это просто будет хуже для меня. Пожалуйста, оставь это, — сказал он, его глаза умоляли ее.

 Она вздохнула и смягчилась. Единственное, с чем она могла согласиться, так это с тем, что ему не нужна в еще одна эмоциональная травма. Она поцеловала его. — Я рада, что ты разговариваешь со мной об этом. Я хочу, чтобы ты все рассказывал мне.