– О, да ты хочешь мне что-то сказать?
– произнес Егор так тихо, словно вёл разговор с разумным существом.

В ответ голубь еще сильней наклонил голову, ещё раз моргнул глазом и раскрыл свой клюв шире.

– Ты уж прости, друг - усмехнулся Егор, продолжая с интересом глядеть на неведомого гостя- но я по-птичьи ничего не понимаю. Если хочешь, могу бросить тебе через форточку хлеба, но только и крошки вряд ли удержатся на склоне карниза.

Егор еще немного поторчал у окна, и собрался уже, было, действительно пойти на кухню за хлебом, когда услышал, вдруг, щелчок открывающегося дверного замка - это жена с дочкой вернулись с занятий по танцам.

Осторожно, словно не желая спугнуть птицу своими резкими движениями, Егор на цыпочках отошел от окна и отправился в коридор встречать своих родных.

– Поля, Таня, двигайте тихонько сюда!
– негромко позвал он дочку с женой, когда те разувались в коридоре - Идите в комнату посмотреть на это чудо!

– Что там, папуся?
– так же приглушённо, как отец, произнесла Полина, и округлила при этом свои глаза, вопросительно на него уставившись.

– Тс-с, - Егор приложил палец к губам и стал красться в комнату с чрезвычайной осторожностью, словно бы подавая пример дочери, как медленно той следует передвигаться - там, на подоконнике сидит белый голубь! Точно такой же, каких молодожёны на свадьбе выпускают - сказал он так тихо, словно птица за закрытым окном могла его услышать, испугаться звука голоса и улететь.

– Где?
– Татьяна, жена Егора, последовала вслед за двумя крадущимися к окну наблюдателями-натуралистами. Ей тоже интересно стало взглянуть на чудо-голубя. Правда, полной конспирации она соблюдать не пожелала, и шла к окну в полный рост на цыпочках.

– Папа, но где же он?
– Полина раньше мамы оказалась рядом с отцом, который остановился прямо напротив окна и, облокотившись о подоконник, растерянно смотрел наружу. На карнизе было пусто.

– Наверное, улетел, пока вы были в коридоре - с грустью ответил Егор.

– Э-эх!
– разочарованно протянули в унисон мама с дочкой, а Полина предположила:

– Он, наверно, полетел к себе в волшебную страну.

– В волшебную страну?
– удивилась мама - да ты у нас фантазерка, дочь.

– А почему бы и нет?
– Егор решил подыграть ребенку и слегка подмигнул Полине - Раз голубь был необычным, то и прилететь он должен был из необычной страны. Правда?

Дочь закивала, соглашаясь с мнением папы.

– Горе ты мое луковое - вздохнула Татьяна, и указала в сторону компьютера, где на мониторе до сих пор была картинка с неземными просторами некой далекой фантастической планеты, и раздавались далекие взрывы идущих где-то за горизонтом баталий - Знаю я твои "фантастические страны". Тебе уже скоро сорок, а ты до сих пор мир спасаешь от несуществующих монстров.

– И вовсе не от монстров, а от жутких и коварных пришельцев - притворно обиделся Егор. Он постарался остаться на несерьезной волне, так как жена, похоже, была тоже в хорошем расположении духа, и особо ругать его не собиралась.

– Ты бы лучше на гитаре поиграл, как раньше - не сдавалась Татьяна.

– Ну, будет время, сяду и за гитару - в который уже раз отмахнулся Егор.

– Ага, когда потеряешь зрение, как я, и станешь настоящим слепым музыкантом? Глаза ведь запросто испортить можно от твоих сидений за компьютером.

Егор ничего не ответил. В глубине души он знал, что жена права. Сама она видела плохо с самого раннего детства, но, тем не менее, постоянно вычитывала мужу, что и одного "очкарика" в их семье вполне достаточно. Сама Татьяна не носила очков, предпочитая им контактные линзы, да и те старалась использовать только тогда, когда ездила в машине за рулем. В обычное время она старалась глаза ими не утомлять.

Давным-давно, когда Егор ещё не знал о существовании компьютеров, он довольно неплохо играл на гитаре, правда, со временем, из-за недостатка практики, навыки стали потихоньку утрачиваться. Играть на старенькой "Кремоне" ему приходилось все реже и реже - вначале по праздникам, а потом и вообще лишь раз или два за целый год...

Егор и Татьяна были женаты уже больше десяти лет, их дочке Полине вот-вот должно было исполниться восемь, но по глубокому убеждению жены, и сам Егор по возрасту недалеко отставал от Полины. Согласно мнению Татьяны, ее муж до сих пор находился в глубоком и беспросветном детстве, потому что всё ещё любил разные компьютерные развлечения. Впрочем, - говорила она всякий раз, когда упрекала мужа по поводу его никчёмных занятий - может быть тот, в отличие от ребенка, и не постоянно там находится, но время от времени он всё же туда проваливается, да так, что иногда его даже необходимо было оттуда вытаскивать.

Ну, а методы по извлечению мужа из этой, как она часто выражалась, "трясины", у его жены были разные. За те годы, что она безуспешно пыталась вытравить из Егора тягу к виртуальной реальности, ее муж подвергался различным методам лечебной "терапии". Нет, она особо никогда не "пилила" его - это был вовсе не ее метод. Способы её были гораздо эффективнее.

Как правило, Татьяна периодически организовывала всевозможные активные мероприятия. Это были либо всевозможные ремонтные работы в их трехкомнатной квартире, или просто походы на каток, а иногда и поездки в бассейн или выход до ближайшего стадиона. Однако упертый муж был труден для перевоспитания. И хотя в игры он стал играть гораздо меньше, чем десять лет назад, тяга к приключениям и всему таинственному где-то глубоко укоренилась в его душе, и он совершенно ничего не мог поделать со своей излюбленной страстью.