– Так что же делать?

– Становись сильнее не резко, а постепенно. Все равно, как бы ты не старался, а до уровня джонина тебе лет восемь. Тело должно вырасти. Твоя кейракукей все равно не выдержит тех дзюцу, что в библиотеке. Она тебе еще много лет бесполезна. Тренируйся, учись, расти. Могу показать тебе как тренировать систему циркуляции чакры.

– Покажи обязательно.

– Давай завтра, сейчас спать пора.
– - снимаю барьер.

Утром в шесть бужу Саске нещадно, ну да, он пол ночи не спал, думу горькую думал. Но это не повод пропускать зарядку. К счастью он Учиха и превозмогает. Представляю нового жильца генинам, те сочуственно кивают и мы присоединяемся к компании. Учиха тренирован и легко справляется с нагрузкой. Шинобятник разбегается, а мы с Саске бежим круг вокруг Конохи. Здесь уже моя подготовка лучше, Саске не учили бегать.

По дороге в академию объясняю политику:

– После экзаменов, бег, это наше главное дзюцу. Драка занимает секунды. А все остальное время на миссии шиноби бежит, сначала к врагу, потом домой. Поэтому шиноби должен бегать уметь и любить.

– Ну уметь, ладно, но любить то зачем.

– Затем, что заниматься любимым делом всегда приятнее, чем нелюбимым. А бегать все равно придеться.

Советский армейский юмор для Учихи свеж, и он задумывается.

В академии все дружно выражают сочуствие. Особено девочки. Это в инстинктах забито. Каждая хочет приласкать сиротку, приласкать хочет, но пока не умеет. Мнение сиротки во внимание не принимается. Стоит гвалт и лай. Бедняга превозмогает. Молодец.

Когда прихожу с дежурства, в шинобятнике уже встречает Саске и знаками показывает ставить барьер. Ставлю.

– Ты обещал научить технике тренировки кейракукей.

– Хорошо, но это секретная техника Узумаки, и ты должен покляться, что никому ее не раскроешь.

Саске клянется.

– Повернись кругом, командую.
– - И легким ударом в затылок вырубаю его.

Опускаю на пол и сразу залечиваю повреждения. Потом вхожу в его внутренний мир. Он ждет. Достаю печать и кисточку.

– Теперь скажи какое нибудь слово, какого не бывает

– Зачем?

– Чтобы тебя каждый раз по голове не бить, будешь попадать сюда через пароль. пароль должен быть таким, что ты нечаянно не скажешь в разговоре. А то скажешь и потеряешь сознание.

– Ммм.. Пусть будет "молочный гвоздь".

– Пойдет.
– - Записываю пароль в печать. и прилепляю ее к стенке.

– Итак, Саске, Это твой внутренний мир. Мы сейчас находимся в твоей СЦЧ. Вода, что течет под ногами, это твоя чакра. Чакра рождается в источнике, он под слоем чакры, его не видно, но можно пощупать. Не бойся это не вода, не промокнешь. Вот отсюда течет Инь, а это Янь. Будешь здесь ковыряться, никогда не осушай источник, всегда должен быть слой чакры над ним. Иначе чакроистощение и смерть. Вот главные каналы. Здесь чакра идет к тенкецу а здесь возвращается. Чем свободнее течет, тем лучше контроль. Идем дальше. Вот канал к руке. Вот тенкецу. Их у тебя 351 штука. Эта тенкецу на ладони, она достаточно большая, но вот эти наросты мешают течь чакре. Их убираешь. Все тенкецу осмотришь и почистишь. Идем далее. Голова. Этой штукой ты думаешь, поэтому чакра должна лететь с свистом. Вот эти два канала к глазам, расширяй их, но очень осторожно. Порвешь -- ослепнешь. Ох ничего себе...

– Что?

– А вот эта печать, похоже твой будущий шаринган. У меня такой нету.

Саске жадно всматривался в печать.

– А пробудить его можно?

– Не знаю, я такую печать никогда не видел. Надо исследовать, если ты позволишь...

– Исследуй.

– Но не сейчас. Пойдем покажу как изменять каналы, тут ничего сложного приложи руку к стенке канала и пожелай чтобы она стала гладкой. Также везде -- руку на нарост и желанием вдавливаешь в стенку канала. Не торопись, она не сразу слушаться начнет. Особо смотришь за тенкецу, чтобы подход был свободный и гладкий. И работы тебе здесь надолго, не забывай, тебе еще расти, и все станет еще больше, будешь выглаживать зоны роста в каналах. Лучше возьми за правило посвящать своей СЦЧ один час в день. Но делай это каждый день, пока растешь. Потом можно меньше.

– А что с твоими печатями делать.

– Печати не трогай, они защищают тебя от гендзюцу. Пока они здесь, никто не сможет тебя загендзючить. Если какую снимешь, то поставь обратно. Со временем может научусь их делать прямо на стенках чакроканала, тогда поменяем. Теперь выходим.

Мы вышли в реальность.

– Лежи, не вставай. Попробуй войти, скажи "молочный гвоздь".

– Молочный гвоздь, -- сказал Саске и потерял сознание, но скоро встал.

– Вот это техника!
– - восторжено сказал он, -- Это техника Узумаки? У вас все техники такие крутые были?

– Почему "были"?
– - Улыбнулся я.
– - Они есть. Есть и покруче этой. А не покушать ли нам по такому поводу?

Я снял барьер и пошел готовить ужин. Саске надо кормить. Тех 1000 ре в неделю, что выдавала деревня хватало впритык и только на еду. Чтобы купить одежду надо было голодать. Голодать ему нельзя. У меня такой проблемы не было, питался я в больнице. Дома только завтракал. К тому же запасы еды в Асгарде были богатые и голод мне не грозил. Отдам ему свои талоны в Ичираку. И будем у меня ужинать.

Саске поел и пошел спать, полезет в СЦЧ наверняка. А я пойду в Асгард, меня там скопированый шаринган дожидается.

.

Рутина, моя любимая рутина. Только теперь с Саске. Но получивший клановое воспитание ребенок вежлив, рассудителен, ненадоедлив. Его общество меня не тяготило. Саске подтягивал меня по тайдзюцу, метанию всего что метается. Я его по печатям. Когда Саскина гордость сказала "нет" ужинам у меня, я обьяснил, что небольшие деньги зарабатываю делая кибафакуды. Научил его рисовать и заполнять чакрой и теперь он кушает спокойно, работая на меня понемногу.