– Мне жаль. – Сказал Киран. – Я думаю, что теперь на твоей коже останутся шрамы на веки вечные.

– Да кого это вообще заботит? – Произнес Марк вялым голосом. – Здесь, в Дикой охоте, не имеет никакого значения, красивый ли я.

Киран ответил ему на это загадочной полуулыбкой и слегка коснулся волос Марка. Он закрыл глаза от приятного ощущения. Прошло уже несколько лет с тех пор, как кто-то прикасался к нему, поэтому это чувство послало лестную дрожь, несмотря на боль, которую он испытывал из-за травм.

После этого случая они передвигались с Дикой охотой вместе. Киран сделал охоту приключением для них обоих. Он показал Марку чудеса Дивного народца: ледяные покровы, серебрящиеся и молчаливо лежащие под лунным светом, и скрытые с глаз посторонних долины, на которых по носам распускаются цветы. Они ехали под брызгами водопадов и сквозь пышные облака. И если Марк был не счастлив, то, по крайней мере, был избавлен от одиночества.

Ночь они спали вместе с Кираном, свернувшись под одеялом, которое было соткано из теплой ткани, согревавшей их. Однажды ночью они остановились на вершине северного холма, в особенно зеленом местечке. Там было какое-то каменное сооружение, построенное руками примитивных тысячи лет назад. Марк прислонился к сооружению сбоку и стал вглядываться в зеленую долину, серебрящуюся в темноте и в далекое-далекое море. Море везде было таким же, подумал он, таким же, что и море, когда был прибой, у его дома.

– Твои шрамы уже зажили. – Сказал Киран, прикоснувшись своими тонкими пальцами к одному из них, что выглядывал из-под рубашки.

– Но они все еще некрасивы. – Ответил Мрак. Он ждал появления первых звезд, чтобы воспроизвести по ним имена своей семьи. Он пропустил тот момент, когда Киран оказался рядом с ним; в сумерках можно было заметить его изящные черты лица.

– В тебе нет ничего некрасивого. – Произнёс Киран. Он наклонился к Марку за поцелуем и Марк, после секундного ступора, прикоснулся своими губами к его.

Это был его первый в жизни поцелуй, и он не думал, что это произойдет с парнем. Но он все же был рад, что им оказался Киран. Марк даже и представить себе не мог, что поцелуй может быть настолько мучительным и приятными одновременно. Он уже давно хотел прикоснуться к волосам Кирана, и теперь у него был шанс зарыться своими руками в его волосы, которые меняли свой цвет с черного на синий, окаймленные золотом. Казалось, словно по их коже пробегают язычки пламени в этот момент.

В ту ночь они спали вместе, свернувшись калачиком под одеялом, но они поспали совсем немного. В эту ночь и все последующие, Марк забыл об именах своей семьи, которые перечислял, смотря на звезды. Вскоре Марк привык пробуждаться, обнимая одной рукой тело Кирана или запутавшись в его голубо-белых локонах.

Он узнал, что все эти поцелуи, прикосновения – все эти любовные штучки – могут заставить тебя забыть обо всем и чем дольше он был с Кираном, тем больше ему хотелось находиться рядом именно с ним, а не с кем-то еще. Он жил лишь для того времени, когда они могли остаться одни, и, как правило, это могло произойти лишь в ночное время, когда можно было шептаться, не боясь быть услышанным. «Расскажи мне о Неблагом суде?» – сказал бы ему Марк и Киран бы в ответ поведал ему о темном суде и о слабом Короле – своем отце, – который управлял им. Или Киран попросил бы рассказать ему о нефилимах, а Марк бы ответил про Ангела, Темную войну, что случилось с ним, его братьями и сестрами.

– Ты не ненавидишь меня? – спросил Марк, лежа в объятьях Кирана, где-то высоко на альпийском лугу. Его растрепанные светлые волосы коснулись плеча Кирана, когда он повернул голову в его сторону. – За то, что я нефилим? Ведь остальные ненавидят.

– Тебе больше не нужно быть нефилимом. Ты можешь сам выбирать, кем стать в Дикой охоте. Даже несмотря на твою природу фейри.

Марк покачал головой. – Когда они били меня за эти слова – я был Сумеречным охотником и это сделало еще больнее. Я знаю, кем являюсь, даже если не могу сказать.

– Но ты можешь сказать это только мне. – Ответил Киран; он почувствовал призрачное прикосновение его длинных пальцев к своей щеке. – В этом пространстве, между нами, это безопасно.

Марк прижал своего любовника и единственного друга и прошептал в пространство между ними, что соединяло его холодное тело, прижатое к теплому телу Кирана, - Я Сумеречный охотник, я Сумеречный охотник, я Сумеречный охотник…

Глава 13

Без другой мысли

Эмма стояла перед зеркалом в своей ванной комнате и неторопливо снимала с себя майку.

Двадцать минут ушло у неё на то, чтобы с помощью отбеливающего средства отчистить задние сиденья Тойоты от крови. Всё было очищено. Она уже привыкла к пятнам крови. Но здесь было что-то более примитивное, касающееся крови Джулиана, которая подсыхала на коже её плеча и ребер в виде красно-коричневых пятен неправильной формы. Расстегнув молнию на своих джинсах и выскользнув из них, она увидела брызги засохшей крови, которые тянулись по всей длине пояса для джинс, в то время как маленькие, но заметные её капельки обозначили швы.