– Как я уже сказал, мы любознательные существа. Куинси?

Он бросил взгляд через плечо, и другой Лаксен, помедлив, кивнул.

Мои глаза широко раскрылись, когда Куинси сделал шаг вперед. Он не был таким высоким, как Дэймон, но был шире в плечах и шел так, словно скользил по воде. Пройдя мимо Дэймона, он наградил его насмешливой улыбкой.

Я отступила назад, мои ладони сжимались и разжимались. Я понятия не имела, чего ожидать от любого из них, а на данный момент – даже от Дэймона. От ужасных предчувствий у меня внутри все переворачивалось.

Куинси был широк, словно полузащитник в американском футболе, а от его взгляда меня обдало ледяным вихрем. Ноги мои скользили по холодному деревянному полу, а энергия иссякала. С бьющимся сердцем я бросила взгляд на Дэймона. Наши глаза снова встретились, Куинси остановился передо мной; выразительные черты его лица заострились. Он потянулся ко мне, и я испугалась его улыбки. Отпрянув, я оттолкнула его руку.

– Не прикасайся ко мне, – предупредила я, кожей чувствуя электрический разряд. Улыбка сошла с лица Куинси, а глаза его сузились.

– Что происходит? – спросил Дэймон.

– Мне любопытно, – сказал Роланд. Его голос звучал почти приторно-сладко, когда он перевел свой взгляд на Дэймона. – Держи ее.

У меня оборвалось сердце. Я смотрела то на Дэймона, то на Лаксенов. Какое-то мгновение Дэймон не двигался, глядя на Роланда, а потом резко повернулся. Я сжалась, у меня пересохло в горле, а он уже шагал к нам.

Бросив предупреждающий взгляд на Куинси, Дэймон обошел вокруг меня. В тот момент, когда его руки легли на мои плечи сзади, удерживая меня на месте, мне показалось, что меня вырвет. Я думала, что в буквальном смысле облюю этого самодовольного Лаксена, стоящего передо мной.

Я дернулась, вжавшись в Дэймона, когда Куинси еще раз протянул ко мне руку, схватив меня за подбородок холодными пальцами, но я не могла отодвинуться. Дэймон встал неподвижной стеной.

Дэймон напрягся, стоя за мной, а Куинси опустил голову так, что наши глаза встретились. Я и подумать не могла, что окажусь в такой ситуации: вместо того чтобы защищать меня, Дэймон позволяет какому-то неизвестному, невероятно гнусному Лаксену заглядывать мне прямо в лицо. По крайней мере, после того дня на озере, когда Дэймон впервые открылся мне и рассказал о своем брате.

– Она другая на ощупь, – объявил Куинси, и его руки спустились по моей шее туда, где лихорадочно бился мой пульс. – Не такая, как остальные люди. Мы ведь не только чувствуем, что с ними происходит, но можем определить и на ощупь. – Он помолчал, и его взгляд переметнулся на Дэймона. Улыбка Лаксена стала язвительной, а его длинные, тонкие пальцы обвились вокруг моей шеи. – А ты не на шутку рассердился.

– Правда? – Руки Дэймона вздрогнули у меня на плечах. – Помнишь, что я говорил тебе раньше? Это утверждение остается в силе.

– Да неужели? – Куинси поколебался, а потом положил руку мне на грудь – точно в то место, к которому Лаксены прикасались, ассимилируя людей в супермаркете.

Тихое гудение прокатилось по моей спине, и я уже не была уверена, исходит ли оно от Дэймона или меня саму так сильно трясет. Лаксен сосредоточенно нахмурил брови, а потом посмотрел на Роланда.

– Ничего, – сказал он. – Я не могу ассимилировать ее ДНК.

Глаза мои широко раскрылись – пришло понимание. Боже мой, я же видела, что происходит с людьми, когда их ДНК ассимилируется с большой скоростью. Он бы меня просто убил! И Дэймона – но в это мгновение мне хотелось пнуть Дэймона между ног. Меня разрывало от гнева, когда я стала выкручиваться из его хватки, пытаясь высвободиться, потому что мне нужно было пространство, но его хватка сжималась, хотя мои глаза кололи яростные слезы.

– Любопытное развитие событий, – заметил Роланд. – Что еще вы оба умеете? Нам известно, что если один из вас умрет, умрет и другой. У нее явно есть доступ к Источнику. Что еще?

– Она не болеет. Как и мы. – Дэймон говорил коротко и по существу. – И она быстрая и сильная.

Я резко вдохнула, чувствуя, как безобразный пузырь предательства раздувается вокруг моего сердца.

– Замечательно.

Роланд захлопал в ладоши, как будто мы танцевали «Лебединое озеро», а не просто стояли перед ним.

– И это все? – спросила Сади. Лицо ее выражало полную незаинтересованность.

– Да, – ответил Дэймон, и глаза мои широко раскрылись, но я заставила себя сделать непроницаемое лицо.

Я замерла, но Ди тоже молчала. Они оба только что солгали, скрыв правду. Было и другое. Когда Дэймон принимал свой истинный облик, мы с ним могли общаться тем же способом, каким он общался с другими Лаксенами. Я не знала, что об этом думать, но где-то в глубине моего существа блеснула искорка надежды. Мой взгляд метнулся на Ди, но она смотрела на стену так, словно там происходило что-то удивительное.