Полковника Раска Ругид не знал лично, но слышал про него, вернее, читал в «Новостях ВМФ», еженедельной газете флота. Судя по тому, что там публиковали материалы, и не раз, полковник был на хорошем счету у командования. А вот в Афганистан он бы не хотел попадать больше никогда, он хотел забыть про эту страну и никогда больше про нее не слышать. Два года в составе миссии наблюдателей – это после того, как закончилась пятая, британо-афганская кампания… Он тогда был еще капитаном, и того раза ему хватило навсегда – насколько бы жалованье в таких вот «миссиях» ни было выше обычного денежного довольствия, на посулы вербовщиков он больше не покупался…

– Что произошло? Какого черта его туда занесло?

– Мы точно не знаем, к нам обратились британцы. Судя по их данным, его сбили.

Сбили?!

– Кто сбил?!

– Кто? А как вы сами думаете, подполковник Ругид?

Британцы случайно? Зачем тогда за помощью обращаться? Но не…

– Русские?

– Они самые. Иваны сбили его зенитной ракетой.

Подполковник напряженно думал. На первый взгляд он мало чем отличался от вышибалы-дуболома в портовом кабаке – но голова у него была светлой.

– Какое отношение ко всему этому имеем мы, сэр?

– Наша задача… – не вставая, ответил контр-адмирал Манкузо, – вывезти обломки принадлежащего нам транспортника на авианосец. И как можно быстрее, это ясно, Ругид?

– Как в тумане, сэр… – отрезал подполковник, он всегда резал правду-матку, поэтому и не стал до сих пор полковником, по службе продвигался со скрипом. – Почему эту задачу не могут выполнить наши британские друзья, у них там есть базы, в том числе авиационные, должна быть и служба ПСС? Разве не так?

Подполковнику очень не понравилось повисшее молчание.

– Сэр, в чем заключается наша задача?

– Обеспечить вывоз обломков на авианосец, – повторил Манкузо.

– Каким именно образом, сэр? По земле?

– Нет, конечно. Вертолетами.

– Вертолетами? Что значит вертолетами, там же…

– С дополнительными баками они нормально долетят, – впервые вставил свою реплику капитан Вер Стиг.

– Противодействие?

– Не исключено.

– Противник, степень возможного противодействия?

И снова настораживающая тишина.

– Сэр, я не могу отправлять людей на операцию вслепую. Они должны знать, что их там ждет, – твердо произнес подполковник Ругид.

Несмотря на то, что трое из присутствующих по званию были старше подполковника Ругида, – проблема иерархии и подчинения все же была, и очень серьезная. Дело в том, что трое старших по званию офицеров относились к Военно-морскому флоту, а подполковник Ругид был старшим офицером Корпуса морской пехоты САСШ. Отношения между этими двумя структурами были далеко не безоблачными, как это могло бы показаться обывателю. Дело в том, что Североамериканские соединенные штаты являлись единственной в мире страной, где корпус морской пехоты был не частью ВМФ, а четвертым, самостоятельным родом войск, со своей авиацией и своими десантными кораблями. Соответственно, напряженные отношения складывались и с ВВС, и с ВМФ, частично потому, что ВВС считали, что все, что летает, принадлежит им, а ВМФ – все, что плавает, – им. Частично потому, что пытались проводить совместные тендеры на закупки вооружения, требования оказывались слишком разными, а попытки выработать единые, ни к чему не приводили, в итоге, например, палубный самолет «Харриер» морская пехота закупила вообще у британцев. Да, подполковник Ругид со своей группой охранял корабли авианосного ордера от возможного нападения – но и только. Приказ, отданный ему штабом КМП САСШ, никак не предусматривал посылку личного состава части, которой он командовал, в чужую страну для выполнения специальной операции. И приказать ему такое никто не имел права. Если на Ругида надавить, он запросто может отказаться выполнять приказ и потребовать приказа, подписанного командующим корпусом морской пехоты САСШ. Такого приказа у Манкузо не было, и на его получение ушло бы время. Штаб КМП в любом случае вступился бы за Ругида при таком раскладе. А время поджимало.

И в списке лиц, допущенных к ознакомлению с информацией, составляющей государственную тайну, подполковник Ругид не значился – вернее он, наверное, был, но не в списке командиров ВМФ, а в списке командиров КМП, которого на авианосце не было…

И выхода не было тоже.

– Возможны… различные типы противников, подполковник… – решившись, начал Манкузо, – первый тип – это иррегулярные комбатанты, боевики местных племенных ополчений. Неорганизованные, но хорошо вооруженные и знающие местность. У них могут быть даже ПЗРК, случаи катастроф британских летательных аппаратов были, британцы это никак не объясняют – но такое количество катастроф случайностью быть не может. С этими комбатантами нужно быть осторожнее, подполковник…

– А остальные типы противников?

– Второй тип противников – сами британцы. Вы не должны допустить, чтобы они наложили лапу на эти обломки и вывезли их к себе.

– Каким образом, сэр? – недоверчиво поинтересовался подполковник. – Я что, должен стрелять в них?

– Ну… они вообще-то наши союзники… операция совместная – но не заблуждайтесь, интересы у каждого свои. В критической ситуации, если все остальные методы будут исчерпаны, да, Ругид, вам придется стрелять в них.

Подполковник не мог поверить своим ушам. Какого черта, что там находится такого, из-за чего, возможно, придется вступить в бой с британцами?

– Может, обнаружится еще и третий противник. Возможно, самый опасный из всех. В районе может находиться отряд русских специальных сил, который тоже будет охотиться за обломками.

Вот с этого и надо было начинать.

– Сэр, что было в самолете? – напористо спросил подполковник. – Что там было такого, за чем может охотиться русский спецназ? Что флотский самолет делал в афганских горах, почему русские его сбили?

Контр-адмирал тяжело вздохнул.