– И все?

– Нет, не все. Потом еще какой-то иностранец приехал. С переводчицей. Все спрашивал меня о том, как жил хозяин, что он ел, какие напитки обычно пил. Откуда я это знаю? Что в холодильнике лежало, то, наверно, и пил. Только я в этих винах не разбираюсь. Еще бар был большой в гостиной, в серванте. Он и сейчас там есть. А что хозяин любил пить, я не знаю. Может, чай любил или кофе. И насчет еды я ничего не знала. Тарелки оставляли в посудомоечной машине, а мусор обычно Петя Голованов выносил. Это их водитель был. Я оставляла мусорные мешки у дверей, и он их забирал.

– На кухне есть мусоропровод, – вспомнил Дронго.

– Нет. Прежние хозяева его замуровали. Они здесь не живут и боялись, что через мусоропровод к ним крысы пролезут от других соседей. Здесь многие крышки мусоропроводов приварили, чтобы не пользоваться. Ну и правильно сделали. Кто хочет мусор выбросить, сам несет свои пакеты вниз.

– Разумно, – согласился Дронго. – А напротив соседи появлялись?

– Ни разу. Он живет, говорят, где-то во Франции. Пускай живет. Денег, видимо, много, хочет их тратить. Такую большую квартиру пустой оставил и сам уехал туда. Говорят, от кризиса подальше. Все продал и уехал во Францию. А вот квартиру оставил, жалко наверно. Раньше такие квартиры миллионов пять стоили. А сейчас раза в два или в три в цене упали. Обидно ему было за такие деньги свою квартиру отдавать. Вот он ее поэтому запер и уехал.

– Спасибо вам, – поблагодарил ее Дронго. – А вы не помните, как зовут соседей внизу?

– Я даже не знала, как их зовут, – призналась Варвара Константиновна.

Разговор был закончен. Ничего особенного она не могла вспомнить. Он особо и не рассчитывал. Если бы ее показания могли дать хотя бы одну зацепку, следователь и голландский частный детектив эту зацепку бы раскрутили. Он поднялся, возвращаясь в гостиную. Осмотрел окна. «Предположим самое невероятное. Кто-то влез через окно. Но здесь такая конструкция пластиковых рам, что их невозможно закрыть снаружи. К тому же на всех окнах есть еще и специальные сетки против комаров и мух. Если бы кто-то влез или вылез, то он неминуемо порвал бы эти сетки. Не получается. Ничего не получается».

– Подожди меня здесь, – попросил он Тауфика, – я сейчас вернусь.

Он вышел из квартиры, спустился по лестнице, чтобы выйти на лестничную площадку семнадцатого этажа. Позвонил в квартиру, находившуюся под той, откуда он сейчас вышел. Довольно долго ждал. Дверь наконец открылась. На пороге стояла женщина лет сорока. Она была в коротких светлых брюках и в красной блузке с длинными рукавами. Волосы собраны под пластмассовой заколкой. Лицо было несколько удлиненное, подбородок немного тяжеловат. Серо-зеленые глаза удивленно смотрели на незнакомца.

– Вам кого? – спросила она.

– Извините, – начал Дронго, – я от вашего соседа сверху.

– Господи, – ахнула она, сделав шаг назад, – что вы такое говорите. Он же умер три месяца тому назад.

– Я неправильно выразился. Я его друг, и мы сейчас приехали к нему на квартиру, – пояснил Дронго.

– Что вам нужно от меня?

– Нам сказали, что летом он вас залил. Варвара Константиновна, домработница, нам все рассказала.

– Откуда вы так хорошо знаете русский язык? – спросила женщина. – Вы разве не из Каира?

– Нет, – улыбнулся Дронго, – я из Баку.

– Ой, Баку, – оживилась она, – я там была два раза. Вы знаете, в молодости, еще школьницей, я была просто безумно влюблена в вашего Муслима Магомаева. Собирала его фотографии, слушала записи. Он был такой замечательный человек. Вы его знали?

– Немного знал.

– Ой, вы счастливчик. А я так ни разу в жизни его и не увидела. Почему вы стоите на пороге? Заходите в квартиру. У меня, правда, такой бардак. Мы только приехали неделю назад и завтра утром опять улетаем.

– Я не хочу вас беспокоить, – тактично заявил он, – позвольте представиться. Меня обычно называют Дронго.

– Очень приятно, господин Дринго, – кивнула она, – а я Тамара Земскова. Мы здесь живем с моим мужем. Извините еще раз, что не приглашаю вас к себе, сами понимаете...

– Конечно понимаю. И не хочу больше вам мешать. Значит, тогда ничего страшного не произошло.

– Пустяки, —отмахнулась она, – муж так и сказал, чтобы мы не волновались. Все потом исправили, побелили и покрасили. Все нормально. Нас здесь не было, когда это произошло.

– Простите еще раз. До свидания. И вам счастливого пути. А куда вы летите?

– В Дели, в Индию, – пояснила она.

– И здесь никто не живет?

– Обычно остается младший брат моего мужа, – пояснила она. – А вы теперь будете жить над нами?

– Боюсь, что нет, – он протянул ей руку. – До свидания. Я рад был с вами познакомиться.

– Я тоже, – она пожала ему руку. – Ой, вы чем-то напоминаете мне самого Муслима Магомаева. Вы с ним случайно не родственники?

– Нет, – ответил Дронго, улыбнувшись.