Он еще подумал о том, что оплата может быть разной. И не обязательно столь примитивным способом. Некоторые получают в подарок квартиры, автомобили, даже виллы. Некоторые довольствуются услугами, например главной ролью в фильме или продвижением по службе. Форма оплаты может быть любой, но в ее основе всегда лежит корысть и обычный расчет. Мужчины стараются об этом не думать. Им хочется нравиться не только своим подругам, но даже проституткам, которым они платят деньги. Им хочется, чтобы ими восхищались и восторгались. Но это всего лишь суррогат, который они оплачивают из своего кармана.

Минут через десять ему позвонил Эдгар.

– Легко работать, когда есть Интернет, – сообщил он. – В наше время любой уважающий себя человек создает собственный сайт, размещает о себе сведения на фейсбуке и готов сообщать все о своей жизни. Никогда не мог понять подобного желания людей рассказать о себе.

– В тебе сидит старый разведчик, – усмехнулся Дронго. – Что удалось выяснить?

– Рита Эткинс, журналист из Канады. Представляет их телевидение в Москве. Она шестьдесят четвертого года рождения. Ей чуть больше сорока. Считается опытным журналистом, работала в Германии, Словакии, в Польше. В Москве уже больше двух лет. Я смотрел фотографии на ее сайте. У нее большой круг знакомых, среди которых много политиков и бизнесменов. Не замужем. Детей нет.

– Понятно. Что дальше?

– Наталья Кравченко, молодая женщина двадцати шести лет. Работает в отделе новостей газеты «Известия». Красивая, в студенческие годы занималась гимнастикой, была даже чемпионкой Москвы. Потом сломала ногу в автомобильной аварии. Разведена. Есть четырехлетняя дочь.

– Спасибо. А Лаура Манкузо?

– Она никакая не Лаура. Елизавета Митяева, шестьдесят четвертого года рождения. Кандидат физико-математических наук. Между прочим, с отличием окончила институт, а школу – с золотой медалью. Училась в аспирантуре, защитилась в двадцать три года. Работала на оборонном предприятии, откуда ушла сразу после развода с мужем в девяносто девятом. С тех пор «на вольных хлебах». Очевидно, занимается другой деятельностью. Странно, что такая женщина ударилась в столь малопочтенный бизнес.

– Неужели эти сведения тоже с ее сайта? – усмехнулся Дронго.

– Конечно, нет. Но она достаточно известный человек в городе, а ее заведение считается одним из самых престижных.

– Оборонное предприятие? – уточнил Дронго. – Она работала, очевидно, в «почтовом ящике», как их раньше называли. А если она пошла туда не сама, а ее туда послали спецслужбы. Такое возможно?

– Вполне. Я тоже об этом подумал. Слишком ровная биография, и вдруг такой надлом. Резкая смена нравственных приоритетов.

– У нее есть дети?

– Уже взрослый сын. Восемнадцать лет. Учится в МГУ, тоже на математика.

– Просто образцовая семья. И давно она стала Лаурой Манкузо?

– Возможно, после того как поменяла свою работу и свою жизнь.

– Понятно, – мрачно сказал Дронго, – эти потрясения последних лет перевернули жизнь многих людей. В прежние времена она была бы уже доктором наук или членом-корреспондентом Академии. А сейчас... как глупо устроен наш мир.

– Может, как раз рационально, – возразил Вейдеманис, – она выбрала работу, которая приносит ей в десять или в двадцать раз больше денег, чем ее служба на предприятии даже оборонного значения. Каждый выбирает то, что ему больше подходит.

– Иногда обстоятельства играют против нас, – согласился Дронго, – золотая медалистка, окончившая институт с красным дипломом и защитившая диссертацию в двадцать три года. У нее впереди была такая интересная жизнь. Хотя сейчас у нее тоже «интересная», но в другом смысле. Спасибо за информацию.

– Мы работаем. Леонид сидит все время за своим компьютером.

– Продолжайте работать, – сказал на прощание Дронго.

Ровно через сорок минут в дверь постучали. Он пошел открывать дверь. На пороге стояли две уже знакомые молодые женщины. Рядом возник мужчина спортивного телосложения в темных очках. Дронго его узнал, это был один из тех охранников, которые встретили их при входе. Очевидно, сопровождающий тоже узнал недавнего посетителя. Он кивнул головой и спросил на прощание:

– Когда приехать, утром?

– А когда нужно? – уточнил Дронго.

– До девяти утра они ваши, – ухмыльнулся охранник, – а потом нужно будет платить сверхурочные.

Молодые женщины прошли в большую гостиную. В этом сюите были две большие комнаты. Женщины не оглядывались, очевидно они видели номера и получше. На столе были фрукты и две бутылки «Дом Периньон».

– У вас хороший вкус, – сказала блондинка, очевидно София. Ей было не больше двадцати пяти. Идеально сложенная, с ровными, словно нарисованными, кукольными чертами лица и голубыми глазами. Она была высокого роста, не ниже метра семидесяти пяти. София успела переодеться и была теперь в темно-синем платье.

Ее подруга была старше. Двадцать семь или двадцать восемь лет. Карие миндалевидные глаза, темные волосы, нос с небольшой горбинкой, придающий лицу очарование, тонкие губы, четко очерченные скулы. Она больше молчала, предпочитая слушать, а не говорить. Алия тоже успела переодеться и была теперь в костюме столь популярного в этом сезоне сиренево-черного цвета.

– Давайте за встречу, – предложил Дронго. Он открыл бутылку шампанского, разлил его в бокалы и чокнулся с гостьями.

– За нас, – весело сказала София.