Ванзаров выглядел отдохнувшим, свежим и в некотором смысле блестящим. Николя удивился, как это ему удалось сохранить бодрый вид и свежесть сорочки.

– Родион Георгиевич, может, чаю выпьем? Самовар горячий еще…

– Не нужно, чтобы нас видели вместе, – ответил Ванзаров, напустив строгости. – Теперь вы мой секретный агент, как-никак. Кстати, желаете кличку?

– Нет уж, спасибо. Наверняка какую-нибудь гадость придумаете…

– Отчего же гадость? – сказал Ванзаров. – Очень даже милую. Выбирайте из трех: Вождь Пирожных. Граф Пирожков. Или Рыцарь Котлет. Ну, как?

– Благодарю, – сдержанно ответил Николя. – Хорошо, что господина Лебедева нет. Он бы с вами вместе покуражился…

– То, что Лебедева нет, очень плохо. Он нужен, как никогда. Но не будем грустить. Сами с усами, не правда ли? Что раскопали?

Николя выдержал паузу, чтобы старания его имели больший вес.

– Значит, так… – сказал он.

– Уже неплохо, – согласился Ванзаров. – День провели не зря. Очень интересно. А теперь у вас будет новое задание…

– Но, Родион Георгиевич…

– Все, что можете рассказать, я уже знаю. Жарков – отъявленный бабник, весельчак и любитель выпить. Кстати, не помните, он случайно не кричал до того, как напасть на вас, о каких-нибудь убитых барышнях или тому подобное? Ах да. О чем же я! Вы же были заняты пирожными.

– Родион Георгиевич?!

– Николя, для поддержания беседы нельзя задавать глупые вопросы. Что о вас подумает собеседник? Подумает: духом слабы. Глупость и слабость – это диагноз. Впрочем, я не теряю надежу. Есть еще что-нибудь?

– Да, я узнал нечто исключительно важное! – заявил Гривцов.

– Неужели?

– И не пытайтесь меня поймать… Это действительно ценные сведения.

– Узнали, кто убийца?

– Нет… Но это… Конечно же, имеет прямое отношение… А вы… А я… – Николя запутался и надулся мрачной лягушкой.

Ванзаров потрепал «очень секретного агента» по плечу.

– Мой друг и бесценный коллега, хорошо, что вы искренно относитесь к розыску. Только не придавайте значения слухам. Особенно услышанному от барышень.

– Уже знаете, что я хотел вам сообщить?

– Нет, не знаю, – признался Ванзаров, подправляя усы. – Нечто очень важное наверняка.

– Именно так! – сказал Николя. – У меня есть верные сведения, что некая Анастасия Порхова…

– Кричала на всю улицу «убийцы», – закончил Ванзаров. – Бесценные сведения. Что-нибудь еще?

– Ах так? Ну ладно! Тогда… Известно ли вам, что Жарков имел отношение к некой организации… Вернее, не организации, а кружку, или ячейке, ну, какому-то обществу, или лучше сказать, товариществу с таинственными и неясными целями? Вот! Не знаете! А я – узнал.

– Инженер Оружейного завода – революционер?

– Нет, не совсем революционер. У них там что-то мутное заваривалось. Жарков как-то раз в пьяном виде публично выкрикивал и угрожал.

– Что за кружок? Кто его руководитель? Кто еще в него входит? Существует ли он на самом деле?

Николя оставалось только развести руками. Его источник информации не обладал такими глубокими познаниями. Он был чрезвычайно болтлив, и только.

– Вот что, Николя. Все это может быть очень важно, а может, не стоит ломаного гроша, – сказал Ванзаров. – Разбираться некогда. От вас необходима настоящая помощь.

Хоть Гривцов был обижен, что старания его оценены так скудно, но вида не подал.

– Конечно, я готов, – сказал он.

– Местную красавицу Катерину Ивановну знаете?

– Видел, конечно…

– Она вас не запомнила?

– Она вообще ни на кого не смотрит. Снежная королева.

– Это нас устраивает. Вам необходимо завести с ней роман.

Николя показалось, что он ослышался. Но Ванзаров повторил.

– У вас был успешный, в некотором смысле, опыт соблазнения красивых женщин, – добавил он. – Воспользуйтесь им.

– Опять наследник золотых рудников Маньчжурии? – вскричал Николя. – Ну уж нет! Увольте! Что угодно, только не это!

Ванзаров легонько обнял строптивого сотрудника.

– В этот раз все проще. Во-первых, не надо пить шампанское и швырять деньгами. Катерина Ивановна намного умнее той особы. Не надо придумывать сложных легенд. Действуйте проще и прямее. Чем более нагло и открыто, тем больше будет эффект. Она это оценит.

– Для чего все эти мучения? – спросил Николя.

– Крайне важно, чтобы вы знали все ее планы и намерения. А еще лучше – что она делала в последние дни.