Шрифт:
– Я хочу взглянуть! – потребовал Фёкл Антонович.
– От всей души не советую, – сказал Асмус.
– Нет, я глава города, я должен… В конце концов, это мой долг, как государственного чиновника…
Асмус только плечами пожал и приготовил успокоительное.
Пристав распахнул укрытие. Фёкл Антонович только засунул голову и тут же отскочил, как ошпаренный, попятился и выпустил на песок остатки плотного ужина. Тяжело дыша и утирая лицо платком, он принял из рук доктора рюмку с лекарством.
– Простите, господа… Я не думал, что это будет такое…
– Я предупреждал, – сказал Асмус. – И почему никто не хочет слушать советы? Господин пристав, теперь-то вы меня отпустите?
Недельский благосклонно кивнул. Асмус приподнял край летней шляпы и неторопливо ушел. А предводитель все еще не мог обрести спокойствие в полной мере.
– Боже мой! – повторял он.
– Но я же вас предупреждал! – сказал пристав.
– Да о чем вы, Сергей Николаевич! Когда нас ожидает такое событие, и вдруг это! Это конец! Все пропало! На нас поставят крест, понимаете вы это! Полнейшая катастрофа! Надо что-то делать…
– Будем искать.
– Искать! Не говорите ерунды! Нельзя, чтобы об этом стало известно в столице. Делайте что угодно, но чтоб муха не вылетела, хотя бы до срока. И, не дай бог, репортеры пронюхают! Такое начнется! Чтоб никого близко не подпускать! Хоть на вокзале дежурство устроить!
– Я приказал городовым держать язык за зубами.
– Разумно, хвалю. А этот почему у вас на песке восседает?
– Григорьев? Пустяки, умом тронулся, – ответил пристав. – В лазарете приведут в порядок. Что ему будет? Крепчайший паладин законности.
– Голубчик мой, вы-то только не того… не оплошайте… Сейчас вам нельзя волноваться. Сейчас вы нужны в ясном уме…
– Не извольте беспокоиться. Я в полном боевом порядке! – заявил пристав.
Фёкл Антонович внутренне содрогнулся, но вида не подал. Оставалась надежда на чудо. Не хватало, чтоб за расследование принялся безумный чудак. А чужого вызвать невозможно, не сообщив начальству все… А это значит… Нет, и думать нельзя!
– Что собираетесь предпринять? – спросил предводитель.
– Установим личность жертвы.
– Это правильно, личность надо установить.
– Только розыск будет труднейшим, – заявил пристав.
– Ну, так вы его пока и не начинайте…
– Не выйдет. Нас ждут большие испытания…
Фёкл Антонович схватился за сердце.
– Какие еще испытания? Может, без них как-нибудь обойдемся?
Пристав протянул смятую бумажку.
– Ознакомитесь. Записка характерного содержания. Найдена в кармане жертвы. Без сомнения, оставлена убийцей.
Предводитель прочел три слова с подписью и пришел в отчаяние: прав Недельский, без испытаний не обойдется… И в такой момент! Как не вовремя… А ведь все так было хорошо… И откуда взялось…
– Здесь ясно указано, что… – начал пристав. Но договорить ему не дали.
– И не думайте! – потребовал Фёкл Антонович. – Делайте свое дело и не играйте в бирюльки. Кстати, устанавливать личность незачем, это инженер Жарков с Оружейного завода.
– Вот, значит, как… Уже добрались… Ну, ничего…
– Сергей Николаевич! – закричал предводитель. – Выкиньте из головы фантазии о заговорах и якобинцах! Нет их и быть не может! Не в нашем городе, и точка!
– Но… Хорошо… Я вас понял…
– Вот и умница. За это вам помогу. Вчера вечером господин Жарков устроил публичный скандал у Фомана.
Лицо пристава стало сосредоточенным и напряженным, как у легавой перед гоном, только в глазах нехороший блеск.
– Так, так… – проговорил он. – Познавательно… Продолжайте…
– Он оскорбил или его оскорбили, не знаю. Дошло до драки и битья посуды. Тот господин выскочил, угрожая расправой.
– Так что же вы молчали! – взвился пристав. – Кто таков? Сейчас мы его…
– Не из наших, не из местных. Приезжий дачник, молодой, чуть старше двадцати лет, одет прилично, расспросите у Фомана, вам укажут, где остановился. Я его на прогулках встречал. Лично не знаком, не велика персона… Да подождите же, куда… Сергей Николаевич!..
Недельского уже было не остановить. Подбежав к цепи, он выдернул пятерку городовых, старшему Макарову торопливо дал указания, как поступать с телом и местом преступления, и бросился на поиски убийцы. Городовые еле поспевали за горячим приставом.