Сегодня было скучно, не было Вали и вообще, какой-то не праздничный был праздник, хотя гости были почти все. И я спросил Валину маму:

– - А почему нельзя?
– И уточнил: - Почему ко мне взрослым можно обращаться на "ты", а мне нельзя?

– - Потому что мы - взрослые!
– сказала Валина мама громким и удивленным голосом.
– Мы вас кормим.

– - Это что ж, дядя Дубовик меня кормит, что ли?
– ехидно спросил я.

– - Взрослые кормят детей, - укоризненно сказала Семенченко, - они их одевают, кормят, воспитывают. И дети должны уважать взрослых.

– - А взрослые детей?
– спросил я.
– Взрослые детей уважают?

– - Они их любят, - наставительно сказала Семенченко, - они любят их, если, конечно, они хорошо себя ведут. К тому же взрослые больше знают.

– - Вы больше меня знаете?
– спросил я.

За столом стало тихо. Все взрослые прислушивались к нашему диалогу.

– - Конечно, - сказала Валина мама., - гораздо больше. Потому что я училась.

– - Тогда скажите мне, что такое мюзрик?

– - Мюзрик?..
– замялась Семенченко, - Мюзрик?.. Такого слова нет, а если есть, то его дети выдумали.

– - А вы можете выдумывать слова?

– - Зачем их выдумывать, слов много и я все их знаю.

– - Тогда скажите, что такое Флуктуация?

– - Ну, это что-то медицинское, а я не врач.

– - И вовсе не медицинское, - торжественно заявил я, - а обычное. Просто вы не знаете. Или вот: что такое этилокситилпараминофенелиндиамин?

Гости смотрели в стол. Дядя Дубовик прикрыл зачем-то рот рукой, из под руки торчала его бородка.

– - Это состав цветного проявителя для пленки, - вступил в разговор мой старший брат Миша.
– Как Вовка только ухитрился его выучить. Этил, кситил, параминофенелин и диамин. Вовка, перестань доставать тетю.

– - А что такое синекдоха?
– не унимался Вовочка.

– - Ну, это мы недавно учили, по русскому...
– смущенно сказал средний брат Ляля, который на самом деле был Павел.
– Это словесный прием, который позволяет показать большое через его часть. Например, можно сказать: "толстяк" или "борода", обозначив тем самым всего человека. Ну и память у тебя, Вовка!

– - Вова, - вступила мама, - перестань. Расходился, как горячий самовар.

– - Кто самовар?!
– возмутился Вовочка.
– Не знаете, так и скажите! А что такое дисперсия? Или - интродукция? Никто не знает всех слов.

– - Это специальные слова, - попытался остановить мой напор папа, - тетя может их не знать. Я тоже не все знаю.

– - Так ты же не строишь из себя всезнайку. И не требуешь, чтоб я обращался к тебе на "вы". Хотя ты кормишь и одеваешь не только меня, но и Мишку и Ляльку и маму - всех.

Наступила тишина. Потом покрасневшая тетя Семенченко сказала:

– - Ты глупый и грубый мальчишка, я не хочу с тобой разговаривать.

А мама сказала:

– - Вова, будет лучше, если ты возьмешь свою тарелку и пойдешь кушать к себе в комнату. Тут одни взрослые и нам не интересно тебя слушать.

– - Ты тоже не знаешь, - совсем рассердился я, - ничего не знаешь. А командуешь. Я с тобой разговаривать не буду! Три дня!!

Миша встал из-за стола, взял меня под мышку и понес из столовой. А я брыкал ногами и кричал сквозь слезы:

– А что такое Ярод? А что такое Пардыква? Не знаете! Тоже мне, взрослые!

Я посидел немного, закрыв глаза, медленно возвращаясь из детства. Потом открыл глаза и возопил:

– Мольер! Явись!

– Вы не возражаете по факту нарушения вашего одиночества?
– раздался голос.

Как я уже заметил, местные пипл были очень щепетильны в этом вопросе.

– Не возражаю, - сказал я в пустоту.

Из стены вывинтился мой гид.

10

Когда мне было пять, отцу было пятьдесят. Когда мне было пятнадцать, отцу - шестьдесят пять. Я всегда воспринимал отца старым человеком. И вот он стоит передо мной, мы почти ровесники и восприятие мое изменилось. И еще - скучное нетерпение в его глазах. Торопится? Куда тут торопиться?

Вообще-то, сперва был шок. Я увидел папу и потянулся к нему. И тотчас получил ошеломительную затрещину.

– Сколько раз я тебе говорил, чтоб не таскал деньги у меня из карманов!
– воскликнул он.

Потом отступил и посмотрел именно так, со скучным нетерпением.

Я тоже отступил к Мольеру, как к защитнику и спросил его шопотом:

– Что это он?

– Родители воспринимают детей такими, какими они их видели напоследок. Блокада от сумасшедствия. Какого маме или папе увидеть, что отрок старше его самого.

– Эй, папа, - сказал я, - у тебя что - эдипов комплекс развился?

Умного из себя строишь. Мал еще, умничать!