Про Буча я знала достаточно, чтобы сделать вывод о его поведении. Мать у Буча пила изо дня в день, при этом делая вид, что это в порядке вещей. Отца у него не было, и я никогда ничего о нём не слышала. Понятное дело, что из Делории, который не получал никакого воспитания, росла настоящая свинья. Стоило бы не обращать на него внимания, но я не могла ничего с собой поделать - мне было ужасно больно терпеть его издевательства.

– Ужасный праздник, - специально издеваясь произнёс он, хладнокровно глядя на меня и как бы оценивая свою работу.

Его песенку тут же подхватил Уолли. На широком лице последнего появилась не менее гадкая улыбка, чем у Буча.

– А что это у тебя, а? Пип-Бой 3000? Ну и рухлядь, не удивлюсь, если она через два дня развалится!
– сказал он и загоготал, глядя на то, как я уже чуть ли не реву.
– А праздник хорошим получился...для маленьких сосунков. Все эти шарики, колпачки - фу! Вот у меня на дне рождении было по-настоящему классно. Сначала мы смотрели на настоящих радтараканов, а потом играли в Атриуме в "Догони мутанта". Так круто там было! Только вот тебя туда не приглашали, - хвастался Уолли, пока я вытирала слёзы с покрасневшего лица и пыталась совладать с эмоциями. Внутри как будто бы ножом по сердцу резали - так обидно было за свой праздник.

– Да, да! Дурацкий праздник!
– нервно хихикая, ухмылялся Пол Хэннон, без капли стыда глядя на меня.

Посмотрев на него в ответ, я поняла, что хуже уже некуда - Пол как всегда поддакивал своим друзьям, даже несмотря на то, что он пару минут назад поздравлял меня. Я снова почувствовала ком в горле, и прикусила губу, пытаясь прекратить плакать.

– И вообще, это ржавое ведро уничтожило торт, а я есть хочу, поняла, мелочь?
– вдруг наглым тоном обратился ко мне Буч, переставая ухмыляться и вставая с дивана.

Рядом с ним я была просто крошкой. Меня это всегда смущало: я была худенькой и не очень высокого роста, из-за чего меня частенько задирали.

Буч упер руки в бока, уставившись на меня.

Я быстро огляделась. Смотритель и бабуля Палмер разговаривали о чём-то сидя за соседним столом и не обращали на нас ровно никакого внимания, Амата о чём-то расстроено говорила с моим отцом, а Стэнли и Герман были слишком далеко, чтобы что-нибудь заметить. Сердце упало в пятки, плакать тут же расхотелось, наоборот, в голове тут же начали вырисовываться планы о том, как позвать на помощь или убежать. Я хватала ртом воздух. В горле пересохло, и теперь я даже слова толком вымолвить не могла. Меня словно облили ледяной водой, и я дрожала, кусая губы - сейчас мне достанется по первое число на собственном празднике.

– Давай-ка сюда кекс, что дала тебе бабка Палмер, - прищурив блестящие глаза, приказал Буч, протягивая ко мне руку.

Несмотря на свой страх, я решила не отступать до последнего. В конце концов, Бучу достанется по шапке, если он мне чего-нибудь сделает. Я отрицательно покачала головой, ничего не говоря.

– Ты оглохла, мелкая?
– угрожающе спросил Буч, подходя ближе ко мне. Я как-то съежилась, не отводя от него испуганного взгляда.

– Это мой подарок, но...я могу поделиться с тобой, - предложив компромисс, выдавила из себя я.

Терять остатки достоинства не хотелось, даже когда страх жгучими волнами переливался внутри. Буч несколько секунд выглядел озадачено. Он стоял, нахмурив густые брови и разглядывая стену перед собой с таким видом, будто там было что-то написано.

Я уже понадеялась, что смогу избежать худшего, но не тут-то было, лицо Буча снова стало наглым, а взгляд угрожающим. Вряд ли бы он позволил испортить себе репутацию жалкими компромиссами, предложенными неудачницей вроде меня.

– Делиться? Вот ещё! Давай кекс целиком, говорю!

<