– Я выходила наружу, чтобы забрать некоторые вещи из моего кара, и забылась. А потом перепутала клавишу, когда включала свет. Мне действительно очень жаль. – Она сожалела о лжи, которую говорила, чтобы избавиться от Джастиса. Но, в противном случае, она рисковала, что он уговорит её предоставить ему второй шанс. Джесси заслуживала большего, чем быть временной любовницей. – Это больше не повторится.

– Точно всё в порядке?

– Да. Мне действительно жаль, что я вас потревожила.

Офицер помедлил.

– Вам бы не стоило использовать столько… – Он поморщился. – Чем пахнет?

– Это ароматические свечи, – соврала Джесси. – Вам они не нравятся?

Он чихнул и отступил.

– Думаю, мы аллергики. Пожалуйста, подберите что-нибудь другое, если хотите изменить запах в вашем доме.

– Конечно. Я сожалею, что нажала не на ту кнопку и что от запаха моих свечей вы чихаете. – Она закрыла дверь и заперла её на замок.

Пять минут спустя, услышав постукивание по раздвижным стеклянным дверям, она вошла в гостиную. Джастис надел джинсы и майку. Он молча стоял по другую сторону стекла и указывал на замок.

Джесси покачала головой и выключила свет в гостиной, отказывать с ним что-либо обсуждать, и прошла в спальню.

– Джесси? – Джастис был за окном спальни. – Пусти меня.

– Я снова вызову охрану, если ты не уйдёшь. Проваливай! – Она задёрнула занавески и выключила свет.

Он выругался, но сделал это тихо. Джесси долго ждала, но Джастис не пытался привлечь её внимание. Она забралась в постель, вытащила своё нижнее бельё из кармана и бросила его на пол. Её глаза наполнились слезами, которые тут же потекли по щекам.

Она влюбилась в мужчину, который никогда не позволит себе влюбиться в неё. Его работа и его народ всегда будут на первом месте, что действительно причиняло боль.

***

Джастис ударил кулаком в стену и зарычал. Он так сильно врезал, что разбил костяшки пальцев о штукатурку. Джесси было больно, она отказывалась говорить с ним, и ему не оставалось никого винить, кроме самого себя. Он говорил не думая, подразумевая свои изначальные планы, и облажался, отвечая на её вопросы.

Джастис отдёрнул руку и, изучив рану, прикрыл её другой рукой. Повреждённое место жгло и болело, но Джастис наслаждался болью. Он заслужил это и намного больше.

Его преследовал взгляд Джесси, наполненный болью. Желание пойти к ней, чтобы обнять, превратилось в физическую потребность.

– Чёрт возьми, – прохрипел он, повернувшись и прислонившись к повреждённой стене своего дома.

"Всё к лучшему", – убеждала его разумная сторона.

Другая же сторона громко протестовала, а его тело напряглось от желания заорать. Ему пришлось сделать глубокий вдох через нос, чтобы успокоиться. Какая же Джесси упрямая.

Она чётко дала понять, что пока он публично не признает их отношения, они больше не увидятся.

В нём бушевало желание взять штурмом дом, перепрыгнуть через стену, выломать защёлку двери и добраться до его Джесси.

Он бы так поступил, если бы была возможность уговорить её пустить его в её постель, но на утро Джесси бы возненавидела его.

Она решила для себя, что больше не будет с ним встречаться тайно.

– Чёрт! – прорычал Джастис, закрыв глаза. Он прислонил голову к стене.

Он нуждался в Джесси, как в следующем вдохе, хотел быть с ней, но тогда его народ пострадает.

Она пострадает. Он слишком долго имел дело с ненавистническими группами и прессой, и не был наивен относительно последующего развития событий.

Если репортёры прознают, что Джастис Норт встречается с человеком, это будет новость мирового масштаба и за этим придёт расплата.

Её фото было бы в каждой газете, её имя бы звучало в каждом выпуске новостей.

Они бы стали ковыряться в её прошлом, вытащив на обозрение публики всю её жизнь.

Затем Джесси стала бы мишенью для тех, кто считал мерзостью для человека спать с представителем Новых Видов. Её стали бы обзывать, а некоторые сумасшедшие захотели бы её смерти.

Джесси бы возненавидела его за тот хаос, который он принёс в её жизнь.

Сенатор, возможно, потерял бы свой пост или, ещё хуже, стал бы выступать против НСО, расстроившись из-за того, что его дочь предпочла Джастиса человеческому мужчине.

Их перестал бы поддерживать Вашингтон. Деньги поступали от выигранных исков против Мерсил Индастрис, но очень медленно. Потребуются годы, чтобы Новые Виды стали на сто процентов платежеспособными.