Раздался стук в дверь, которая тут же распахнулась. Вошли Фьюри и Тайгер.

Оба, казалось, были в стрессовом состоянии и раздражены, что подтвердила резко захлопнутая дверь. Мужчины рухнули на стулья напротив Джастиса.

– В чём дело? – спросил он, посмотрев на них.

– Всё как обычно, – проворчал Тайгер. – Угрозы смерти и повестки в суд.

Фьюри яростно зарычал, черты его лица потемнели от ярости.

– Отец Элли требует, чтобы она предстала перед судьёй по вопросу о психической дееспособности.

Джастиса охватило недоверие.

– Что?

– Ей пришлось отменить визит к отцу, из-за чего он разозлился и считает, что я хочу отрезать её от семьи.

– Слушание о психической дееспособности? Это подразумевает, что они не считают, что она в здравом уме? – Джастиса пронзил гнев. – Они обвиняют Элли в невменяемости из-за того, что она тебя любит?

– Да. – Фьюри с такой силой схватился за стул, что дерево заскрипело.

– Она вынашивает нашего ребёнка, и это очевидно из утренней тошноты, поэтому её отец бы заметил, останься он с нами на несколько дней. А они говорят, что я над ней издеваюсь. Мне не хочется её расстраивать, но сказать нужно. Это разозлит её, а меня приведёт в ярость.

Тайгер посмотрел на него и поднял брови.

– Ты? В ярости? Быть такого не может.

Джастис подавил улыбку и расслабился.

– Не рассказывай ей, Фьюри. В этом нет необходимости.

– Есть. Они доставили повестки в суд на её имя к воротам. К тому же, я всегда всё ей рассказываю.

– Она твоя пара, живёт в Хомлэнде. Это делает её одной из Видов. – Джастис наклонился вперёд, скрестив руки на столе. – Их законы не применимы к нам. Они ни к чему не могут нас принудить.

В обеспокоенном взгляде Фьюри появилась надежда.

– Точно?

– Да. Не расстраивай свою пару.

– Дело в её отце. Он по-любому ей всё расскажет, когда они будут говорить по телефону.

– Тоже верно. Скажи ей, что внешний мир ничего не может сделать. Они не могут попасть в Хомлэнд и это просто тактика, чтобы вызвать беспокойство. Всё затихнет, когда отец Элли успокоится. Сообщи ей это, прежде чем расскажешь о том, что он создаёт трудности.

– Лучше бы внешний мир никогда не узнал обо мне и Элли, – тихо прорычал Фьюри. – Столько проблем из-за этого. Все считают, что я причиняю ей вред или что она не должна со мной быть. Почему они не могут отстать от нас?

– Вы созданы друг для друга. – Тайгер пожал плечами. – Ваша любовь друг к другу очевидна и, возможно, им просто завидно. К тому же, люди иногда сильно тупят.

Джастис мрачно согласился.

– Твоя пара и будущий ребёнок в безопасности, Фьюри. Никто не сможет отнять их у тебя или пройти через ворота, чтобы похитить Элли. Заботься о ней, люби и будь рядом.

– Всегда. – Фьюри встал на ноги. – Но всё равно было бы лучше, если бы внешний мир о нас не узнал. Иногда это причиняет Элли боль, а её боль меня на части разрывает. Мне хочется её защитить, но это мужчина, благодаря которому она появилась на свет. Я понимаю его разочарование, но очень расстраивают обвинения в том, что я причиняю ей боль или что она сумасшедшая, если меня любит. – Он пристально посмотрел на друзей. – Если когда-нибудь возьмёте в пару человека, защищайте её лучше, чем я защищал Элли. Пойду домой. Ненавижу оставлять её больше, чем на несколько часов. – Фьюри покинул офис.

– Дерьмо. – Тайгер вздохнул, развалившись на стуле. – Ну и разговорчик ему предстоит. Вот почему я отрёкся от женщин из внешнего мира. У них пронырливые семейки, которые вызывают слишком много проблем. Это того не стоит. Я даже чувствую себя счастливчиком из-за того, что у меня нет родителей.

Джастис подумал о Джесси. Её отец был сенатором, который на встречах говорил от лица Видов и боролся за их права в Вашингтоне.

Начало просыпаться беспокойство. Отреагирует ли отец Джесси отрицательно, если узнает, что она позволила Джастису к себе прикоснуться? И если да, то сколько неприятностей может причинить?

У отца Джесси была реальная власть, он не был просто одним из людей, протестующих за воротами или отправляющих отвратительные сообщения.

Джастис плюхнулся на стул и откинулся на его спинку.

– Нам повезло, что мы одиноки.

Джастис взглянул на Тайгера.

– Так ли это? Фьюри бы не согласился. Элли для него того стоит. Их любовь настоящая.

– Да. Ты прав, но и я тоже. – Тайгер ухмыльнулся. – Давай заключим договор? Если когда-нибудь влюбимся в женщину из внешнего мира, то никому об этом не скажем. Между людьми, думающими, что мы извращённые ублюдки, промывающие женщинам мозги, и нашим собственным видом, наблюдающим за тем, что происходит, когда мы с людьми, давай опустим это и ни гу-гу.

– Ни что?

– Этот термин я от человека узнал. Означает хранить всё в секрете. Это никого не касается, поэтому они не могут устраивать проблемы, если не согласны с отношениями. Тот человек сказал, что провернул такой трюк в отношениях с некрасивой женщиной. – Лицо Тайгера стало серьёзным. – Он рассмеялся, когда я сказал, что если она делает его счастливым, то внешность не важна. Не уверен, как это понимать, но думаю, он придаёт слишком большое значение наружности. Хотя термин остаётся тем же. Он означает быть с кем-то и скрывать это.