– Я упал с лестницы, - усмехнулся Джун, его глаза сверкали. Надо же. Ему нравилось играть с опасностью, как и Томо.

– Перелом доказывает обратное, - проворчал детектив. – Я теперь знаю, кто в этом виноват, - он указал на Ишикаву, Томо и парня с золотой цепью, мое сердце сжалось. – Я не обвиняю всех вас, но пока что. Но я слежу. А теперь убирайтесь из моего участка.

– Что вы с ними сделаете? – робко спросила я. Он с тревогой посмотрел на меня. Он не подумал, что я знаю японский. Я это видела по его лицу. Гайдзин в участке ему не нужен был.

– Если вы о парнях с волосами, как в аниме, то им ничего не будет, - сказал он. – Мы уже вызвали их родителей, чтобы они забрали их, когда мы их допросим. А с остальными… все сложнее. Это уже не ваше дело. Попрошу на выход.

– Спасибо, кейджи-сан, - сказал Джун. Он скользнул пальцами по моей руке и схватил меня за запястье, я поежилась из-за теплого прикосновения. Томо не сводил глаз с руки Джуна на моей. За нами закрылись двери, Джун опустился на верхнюю ступеньку. Я села рядом и опустила взгляд. Все казалось нереальным.

– Чем ты думал, решив соврать полиции?

Джун рассмеялся.

– Суманакатта, - извинился он. – Я больше беспокоился не о полиции, а об якудза. Но они доставили хлопот. И мы с теми детективами снова пересеклись.

– Он тоже так сказал. Почему он не хочет больше тебе верить? Это из-за нас… Из-за твоего сломанного запястья?

– Я нем, как кои, - рассмеялся Джун, глядя на ров в конце улицы. – Это из-за случая с отцом. Он намекал, что и у меня была стычка с якудза. Конечно, это глупо. Я бы никогда к ним не присоединился.

Потому они и думали, что случаи с Джуном и Ишикавой связаны, ведь везде были замешаны якудза. А теперь к ним добавился и Томо. Голос Джуна стал ледяным, когда он заговорил о банде, это пугало. Я сразу вспомнила, как он просил Томо нарисовать мертвого Ханчи.

– Ты ведь… не убивал якудза?

– Что? – его глаза были замерзшими черными озерами. – Конечно, нет.

– Но ты ведь просил Томо… убить Ханчи.

– Ах, - Джун отклонился на перила, положив ладони на бетон. – Да, я хотел бы, чтобы он умер. Он и схватил моего отца, а потом начался сущий ад.

– Почему… - мне самой не верилось, что я это спрашиваю. – Почему ты сам такое сделать не можешь?

– Кэти, - сказал Джун бархатным голосом. – Так ты обо мне думаешь? Я думал, если Ханчи забудет обо мне, я тоже его не трону. Но он пришел за Юу, и я понял одно. Он никогда не изменится. Он будет использовать Ками, как только у него будет появляться такой шанс.

Я вытянула ноги, раскачиваясь с пятки на носок, это напомнило мне дворники в машине.

– Ты хочешь остаться? – сказал Джун после паузы. – Дождаться Юу.

– Да, - ответила я. – Ты не должен оставаться.

– Но я останусь.

– Ждать долго.

– Знаю.

Я скользила взглядом по парку Сунпу. Листья стали золотыми и красными, они были готовы упасть с ветвей на осеннем ветру.

– Ты ему уже говорила? – спросил Джун.

– Что говорила?

– Что ты Ками.

Он сказал это спокойно, словно здесь не было никаких сложностей.

– Я не Ками, Джун.

– Ты понимаешь, о чем я.

– Да, я ему рассказала.

– А про Сусаноо?

Сусаноо. Разве не опасно рассказывать ему об этом?

– Вряд ли он готов услышать об этом, - Джун кивнул. – И у меня ведь нет доказательств. Это лишь теория.

– Но она звучит логично, - сказал Джун. – Странно, что я никогда об этом не думал.

Я обхватила себя руками.

– Неужели твоему культу Ками он больше не нужен?

<