— Он решит, что мы спустились на первый этаж, — только и успел произнести Бен, как в поле зрения появился Джексон, который промчался вниз по лестнице и исчез в фойе.

— Помоги мне, — пробормотал Бен, обнимая здоровой рукой одну из балясин в перилах. Я поняла, чего он добивается, и ухватилась за лед в самом слабом месте. Вместе нам удалось вырвать льдину, естественно, с неровными острыми краями. Какое-никакое, но оружие. Это все же лучше, чем ничего.

— Скоро появятся люди, — сказал Бен, аккуратно положив ледышку на пол, а потом развернувшись ко мне, — архитекторы, владельцы или кто-то другой. Раз они считают, что возникла проблема в конструкции, тогда они пришлют кого-нибудь это проверить. Нам только и нужно, что до тех пор прятаться от Джексона. Как только тут кто-нибудь появится, ему придется сбежать. Не переживай — у нас все получится. Отель довольно большой, и мы заметим его прежде, чем он увидит нас.

Я кивнула, попыталась успокоиться и вести себя так же уверенно, как Бен. Но вспомнив, как Бен отрезал себе палец, я задрожала.

— Что такое? — резко спросил Бен. — Ты не пострадала?

Я помотала головой.

— Нет... просто... Бен, твой палец!

— О, не переживай, — сказал он, словно это был пустяк. – Культя, скорее всего, уже заживает.

— Но зачем ты отрезал себе палец, зная, что у него нет лебединой песни?

— А это неважно, Джез. Песня осталась у нас, но у него был пистолет. Я не мог провести его с кольцом, поэтому мне все равно пришлось бы лишиться пальца.

Спустя несколько секунд из фойе вернулся Джексон, он остановился и зычно прокричал:

— Бен, я знаю, что ты где-то здесь! Прятаться бесполезно! Если ты не появишься сам прямо сейчас, я воспользуюсь лебединой песней, чтобы заставить тебя!

Бен тихо презрительно фыркнул.

— Дурак! — пробормотал Бен мне на ухо. — Он все еще не понял, что у него нет песни. Должно быть, тяжело жить с таким крошечным мозгом.

Несмотря на обстоятельства, я еле сдержалась, чтобы не хихикнуть. В нашей ситуации не было ничего смешного, и, несмотря на шутку Бена, я чувствовала, как он напряжен, и видела, что он не сводит глаз с Джексона.

После нескольких минут бормотаний над пуговицей, которую он получил от Бена, до Джексона наконец дошло, что это пустышка. Он с гневным ревом, заставившим меня вздрогнуть, выбросил пуговицу, а потом помчался вверх по лестнице. Бен шепнул мне на ухо:

— Пора.

Мы отползли от перил и поднялись на ноги.

— Пусть он кричит, не переставая, чтобы нам было легче от него прятаться. Да будет так, — прошептал Бен.

К сожалению, Джексон, похоже, и сам осознал, что ор будет его тактическим проигрышем, а потому заткнулся. От его криков у меня мурашки ползали по коже, но внезапная тишина пугала еще сильнее. Его выдала длинная тень, упавшая на стену. Увидев её, мы с Беном нырнули в ближайший номер, который оказался свадебной часовней.

Вокруг алтаря сверкали десятки ледяных голубей и скамей, покрытых синим бархатом, а не привычными оленьими шкурами. С потолка напротив окна свисали кристаллы на нитях и, благодаря преломлению, свет играл в них всеми цветами радуги.

Бен спиной прижался к стене справа от двери, а я встала слева. Мое сердце бешено колотилось в груди, но я заставила себя дышать как можно тише, потому что стояла такая гробовая тишина, что можно было расслышать хруст снега под ботинками Джексона. Когда он добрался до дверей часовни, то остановился в коридоре. У меня душа ушла в пятки. Должно быть, он стоял снаружи и таращился прямо на дверь. Я взглянула на Бена, тот поднял руку, давая понять, чтобы я оставалась на месте. Я кивнула, напряженно наблюдая, как он замахивается своей ледяной дубиной.

Но спустя мгновение, Джексон зашагал прочь. Бен медленно опустил свое оружие, а затем прошмыгнул ко мне.

— Держись за мной, — прошептал он. — Плевать, если он выстрелит в меня, пулей меня не убить. — Он умолк, а потом под нос себе добавил. — По-моему.

Я хотела было спросить, насколько хорошо защищены рыцари, да, я знала, что убить их непросто, но вполне возможно. Стоило мне только открыть рот, как я заметила свое отражение в зеркале на противоположной стене и изумленно уставилась на него. Это была я и не я.

Это было большое зеркало, встроенное в лед, рама его была полностью инкрустирована серебряными цветами. На моем зеркальном двойнике красовался тот же серебристый комбинезон, что и на мне. Но волосы имели карамельный оттенок, а не белый. Кожа была розовой, а глаза — насыщенного шоколадного цвета, а не голубого.

Я не могла отвести взгляд от зеркала. Это определенно была я, мои черты лица, только альбинизм куда-то делся. Я даже не осознавала, что двигалась к отражению, пока Бен не схватил меня за плечи и, притянув к себе, не прошептал:

— Держись подальше от зеркал!

— Что происходит? — спросила я, мельком взглянув на него, а потом переведя взгляд обратно на свое отражение. — Ты это видишь?

— Вижу, — ответил Бен, встречаясь взглядом с моим отражением. — Что-то происходит с отелем...

Бен не договорил и развернулся ко мне:

— Я бы предпочел видеть твои настоящие глаза, — промолвил он, прежде чем продолжить: — Помнишь, я говорил тебе, что «Ледяной отель» выстроен на границе сказочного царства? Так вот теперь, когда отель не удерживается человеческим присутствием, они затягивают его к себе. Магия пропитала здешние стены. Джез, у нас проблема. Поэтому постарайся держаться сразу за мной и, Бога ради, держись подальше от зеркал. Не знаю опаснее вещи, чем зачарованное зеркало.