– Шлепать языком можно что угодно, но не дали бы никому такой возможности, - веско возражал Юра, и Гена с женой одобрительно кивали после каждой озвученной им умной мысли.
– Пришли бы, поотбирали стрелялки и все равно заставили выбирать. Из одного варианта. Вот, Неманский и Краснознаменский даже ждать не стали, сразу в Литву попросились, а с ними и Славский, за компанию. И ничего, не слыхал я, чтобы там сильно нашего брата тюкали.

– Да уж, лучше под литвинами, чем под пшеками, - поддакнул Валера, полусидящий-полулежащий на диване. Он явно хотел прилечь, но боялся заснуть, а просто сидеть после таких выпитых объемов уже было невмоготу.

Кирилл молча слушал да попивал сок, то и дело поглядывая на часы. Таксистам не слишком хотелось ехать в этот глухой район пятничным вечером, вся жизнь крутилась в центре, и там заказов хватало. Один водитель все же согласился подъехать, но заломил ставку, паршивец - шестнадцать евро вместо привычных двенадцати. Ну, да ладно, Арсентия все равно не остановить. Вон он, что-то шепчет на ухо Насте, та пунцовеет, отвешивает ему легкую пощечину и смеется в полный голос. Нет, эти двое не пара и даже не флиртуют - это у них дружба такая, с самой ПТУшной скамьи.

Со скуки Кирилл принялся изучать жилище Сени. Конкретно в этой квартире он еще не был - раньше друг с семьей жил дальше по улице, откуда по достижению совершеннолетия перебрался сюда. Эту двушку оставила почившая бабуля, души не чаявшая во внуке. Интересно, как бы она отреагировала, увидев, что с жилищем сделал нерадивый внучок? На мебели сантиметровый слой пыли, краска на стенах пооблупилась, окна Сеня, кажется, никогда не мыл, как и полы, как и посуду, как и...

– Че-т ты приуныл, старик, - Арсентий плюхнулся на диван рядом с Кириллом.

– Да нет, наблюдаю за дискуссией, - отозвался тот, умолчав про остальное.
– И прихожу к выводу, что не зря эту тему каждый раз поднимают на пьянках. Она у нас всех сидит в печенках. И по мне - пусть сидит, к чему каждый раз вынимать ее оттуда?

– А мне вот по барабану вся эта лабуда, - честно признался Сеня.
– Есть даже плюс - например, можно клеить симпатичных полек, не выезжая из города. Класс, да?

– И многих склеил?
– Кирилл не сдержал улыбки.

– Такое не считаю, - серьезно ответил именинник.
– Кирюха, еще раз за 'уши' низкий поклон, ты даже не представляешь, насколько я счастлив. Это ж, выходит, я теперь смогу наслаждаться полноценными басами, где бы ни находился. Круто, феерически, просто невероятно. Завтра же выкачаю весь олд-скульный драм и даб подчистую, буду тестить презент, так сказать. Но ведь, блин, дорого? Сколько отвалил за них?

– Не стыдно спрашивать такое?
– Кирилл с укоризной посмотрел на друга, тот сделал непонимающее лицо. Хотел что-то сказать, но внезапно прямо под ноги рухнули два сцепившихся тела. Это Валера по одному ему ведомой причине наскочил на Гену, который молча стоял у стеночки и кивками соглашался с Юрой. Впрочем, возможно, за это и получил. Драка с Юрой имела легко просчитываемые последствия, а Гена казался доступной мишенью.

– Ах ты подстилка пшековская!!!
– белугой ревел Валера, раскрасневшийся, распаренный, оседлавший Гену и тщетно пытающийся достать его по голове.
– Либерастина поганая!

Геннадий, даром что очутился в невыгодной позиции снизу, поступил благоразумно - вытянул свои более длинные руки и вцепился ими в руки Валеры, не давая тому ни сделать замах, ни ударить.

Кирилл вскочил на ноги, готовый уже через секунду растащить бойцов по углам, но Сеня каким-то чудом опередил его. Возможно, сил придал праведный гнев, с которым он пнул как раз приподнявшемуся Валерке под зад. Тот, не ждав подвоха с тыла, в прямом смысле выкатился в коридор, благо стоял прямо напротив проема, а Сеня возмущенно возопил:

– Не, ну вы че распетушились-то, а?! Что, решили мне праздник испортить?!

– Н-нет, Сеня, это он...
– начал было Гена, но его перебил Валерик, сразу пошедший верной дорогой.

– Сенька, прости, виноват! Не хотел я праздник портить, так вышло просто. И ты, Ген, извини. Не сдержал эмоций. Деда моего, просто, эти гады... Ну, вы знаете.

– Знаем, Валера, знаем, - спокойно и серьезно промолвил Арсентий.
– Давайте, пожалуйста, не будем сегодня ссориться, нас и так мало осталось. Лучше будем дружными. И выпьем, а?

Последнее предложение встретили с большим энтузиазмом, будто оно звучало впервые, а Гена с Валерой обменялись извиняющимися взглядами. Кирилл уже начал сердиться на Сеню. Ну почему, почему он всегда водится исключительно с какими-то обормотами, маргиналами и непонятными персонажами, каких Кирилл в силу брезгливости к неизвестному и дурно пахнущему обходит за версту? И квартиру запустил так, что скоро ее даже за сто евро не купит. А какой тут санузел! Кирилл хотел сходить в туалет, но решил потерпеть до клуба - вонища в каморке с унитазом стояла такая, что любого с непривычки вытошнит. Она шла из самой канализации, из старых, давно подгнивших труб, дышащих на ладан уже лет двадцать, не меньше. У квартирного товарищества денег нет даже на коврик в подъезде, какие уж тут разговоры о трубах. Жильцы выкручивались, покупая копеечные освежители воздуха, а Сеня даже о таком не позаботился, разгильдяй.