Шрифт:
Женщина в истерике заколотила руками и ногами по кровати:
– Ты врешь! Ты хочешь, чтоб я к тебе вернулась! А этого не будет! Не будет этого! Игорь хороший! А ты злой! Злой!
Разрыдавшись, она накрыла голову подушкой.
Молча развернувшись, Разин вышел. Игорь Сергеевич выскочил вслед и чуть не сшиб остановившегося за углом Виктора Анатольевича.
– Я пойду. Видишь, она пока не в себе… Не стоит ее лишний раз травмировать.
– Да, да. – Согласился Дарофеев:
– Ты прости ее…
– Я и не обиделся…
Закрыв за другом дверь, Игорь Сергеевич вернулся к Лизе. Она уже сидела на постели. Скрючившись, запустив пальцы в волосы, женщина с силой дергала их.
– Что ты делаешь?
Она продолжала свое занятие.
Дарофеев присел рядом. Обнял.
– Он ушел. Все в порядке. Никто тебя у меня не отнимет.
Не открывая глаз, Лиза обхватила целителя за шею.
– Если б ты знал… Если б ты знал, что они творили… Они… Они…
Не справившись с чувствами, она вновь забилась в рыданиях.
Сбегав на кухню, Игорь Сергеевич разогрел сваренный вчера куриный бульон и вернулся с кружкой дымящейся жидкости. Жадно выпив суп, Елизавета Игнатьевна повалилась навзничь. Ее прошиб крупный пот. Она глубоко и шумно задышала.
– Не-е-ет! – Крикнула женщина во весь голос. – Уйди! Я тебя не знаю!
Лежа на спине, Дарофеева стала исступленно отмахиваться от кого-то невидимого.
– Нет! Не надо! Я не хочу!..
Не зная, что предпринять, Игорь Сергеевич лишь страховал находящуюся во власти кошмарных галлюцинаций женщину.
Он откатывал ее от края кровати, моля Бога, чтобы этот приступ скорее кончился.
Лиза еще некоторое время билась с призраками, в какой-то момент она громко взвизгнула, как от боли, схватилась за живот и затихла.
“Печень.” – Понял Дарофеев.
Подбежав к Лизе, он скинул ее руки с больного места и наложил свои. Попросив благословения у Господа, целитель зашептал заговор на боль. Повторив текст семь раз, Игорь Сергеевич прочел “Отче наш”, “Богородицу”, и отнял ладони. – Не болит?
– Нет… – Впервые, с момента освобождения, Лиза осознанно улыбнулась.
Глава 15.
1.
Елизавета Игнатьевна смотрела в потолок.
В ее памяти проносились воспоминания недавнего прошлого. Страшные сцены группового секса, в которых она была главным действующим лицом. Или, даже, лицом бездействующим. Предметом, лишенным разума и воли, который позволял делать с собой все, что угодно.
Женщина с омерзением ощупала свое тело. Болели все мышцы, все суставы. Нестерпимо чесались воспалившиеся следы уколов на руках.
И не было спасения от звучавших в ушах гнусных приказов, которые она еще вчера безропотно выполняла. Не в силах больше бороться с заполонившими ее рассудок унизительными картинами, Дарофеева встала. Каждый шаг отдавался мукой в ногах, спине, но женщина добралась-таки до окна. Отдернув штору, она посмотрела вниз.
Хрущевки внизу были залиты солнечным светом. Ветер гонял по узким асфальтовым полоскам желтые листья. Влажная чернота дорожек притягивала взгляд и манила решением всех проблем. С трудом открыв окно, Елизавета Игнатьевна попыталась вскарабкаться на подоконник. С первого раза это не удалось. А второй не дал сделать прибежавший на шум Дарофеев.
Он захлопнул окно, обнял жену и повел ее обратно на кровать:
– Ну, что же ты… Все устроится…
– Ты не представляешь, что я пережила…
Игорю Сергеевичу не надо было это представлять, он видел. Возможно, Лиза и догадывалась об этом, но целитель решил, что лучше будет промолчать.
– Такой позор!.. Я не переживу…
Слез не было. Покрасневшие глаза Дарофеевой смотрели затравленно и умоляюще. Пономарь не выдержал и отвел взгляд.
– Хочешь… Забыть обо всем? – Предложил Игорь Сергеевич.
Ожидая реакции, он, потупившись, смотрел в пол, словно сказал что-то недостойное.
– Забыть? – Переспросила Лиза.
– Ну, да… Или я могу сделать так, будто это было не с тобой. Будто ты проспала все эти дни. И видела сон…
– Этот сон слишком страшный…
Она с остервенением ударила себя по ноге:
– Я хочу забыть все! Полностью! Этого никогда не было! Этого не должно было быть, и не было! Сделай так, Игорек!..
– Сделаю. Улыбнулся Дарофеев. – Главное, ты согласна…