Джанер остановился у люка, чтобы помочь Эрлин подняться на палубу. Он недовольно посмотрела на него, а потом они оба бросились к носовой надстройке вслед за Роном и Форламом.

– Я думал, у тебя есть ключ, – сказал Рон. Форлам пошарил в карманах и виновато посмотрел на капитана. Они слышали крики Кича, потом что-то упало с грохотом. Рон выругался и нанес по двери прямой удар. Джанер впервые стал свидетелем демонстрации силы Старого капитана – его рука не выбила дверь, а пробила ее насквозь. Он снова выругался и сунул руку в пробитую дыру, чтобы сорвать дверь с петель, потом замер на мгновение с нанизанной на руку дверью, прежде чем стряхнуть ее на палубу.

Форлам первым нырнул в каюту, но мгновенно выскочил из нее. Джанер спрятался за Роном, осторожно выглядывая из-за спины.

– А это что за гадость? – спросил он, поворачиваясь к Эрлин. Она пятилась назад, качая головой и не спуская глаз с существа на полу каюты.

Кич, сопротивляясь, упал вместе с креслом. Вцепившийся в его руку Скиннер развернулся, как бультерьер, и зашипел на них. Рон на ходу выломал доску из дверного проема, размахнулся и нанес чудовищный по силе удар. Чудовище отлетело к стене и упало на пол, а Рон вынужден был выронить из рук расколовшуюся дубину. Тварь просто перекатилась на ноги, встряхнулась, выплюнула пару зубов и выбежала между ног Рона на палубу. Джанер попытался нанести по ней удар ногой, но тварь увернулась, замерла на мгновение и оскалилась.

– Скиннер сбежал! – завопил Форлам.

Моряки сбежались со всех сторон. Скиннер направился к Пеку, который заорал и бросил в него ящик с наживкой. Крышка открылась, и наживка бросилась врассыпную. Одна похожая на трубу тварь приблизилась к Джанеру, и он, вспомнив слова Эрлин, растоптал ее, прежде чем существо смогло спрятаться в штанине.

– Хватай ублюдка! – завопил Пек.

Прогремели выстрелы. Джанер обернулся и увидел Энн, открывшую по Скиннеру огонь из древнего автоматического пистолета. Первым выстрелом она сбила тварь с ног. Следующие два выстрела расщепили доски палубы, потому что тварь быстро вскочила на ноги и побежала к мачте. Младший матрос попытался разрубить ее пангой, но промахнулся. Скиннер упал назад, быстро вскочил и зашипел. Кто-то бросил в него дубину, и он покатился по палубе, но затем опять оказался на ногах. Он злобно смотрел на приближавшихся со всех сторон моряков, потом резко повернулся, прыгнул на мачту и стал карабкаться вверх. Чуть ниже него в мачту воткнулся брошенный кем-то нож. Матросы разбежались к ящикам и шкафам за оружием, а злобная тварь уже ползла по рею. Выбранный им рей оказался подвижным и повернулся, Скиннер свалился, не дойдя до конца, и повис, словно гусеница. Его плоские как лопатки, не предназначенные для этого ножки соскальзывали с гладкой деревянной поверхности. Вся команда собралась внизу, чтобы разорвать тварь на куски, как только она упадет на палубу.

Скиннер, наконец, сорвался. И вдруг с резким треском раскрылись превратившиеся в недоразвитые крылья уши. Чудовище стало парить над морем, вздрагивая от каждого удачного выстрела Энн. Борис послал в него заряд из палубной пушки, куски Скиннера полетели вниз, а сам он, кувыркаясь, снизился метров на десять, но потом выровнялся. Тварь продолжала плавно спускаться и коснулась поверхности метрах в ста от судна. Моряки молча смотрели на то место, где она скрылась под водой.

На поверхности Скиннер так и не появился.

Джанер не знал, как ему следует относиться к Кичу, после того как тот попытался убить Амбела. После подобных поступков открывались совершенно другие перспективы – на эмоциональном уровне начинаешь понимать, что люди, с которыми ты общался, не представляли собой лишь сумму твоих впечатлений, а были связаны обязательствами с собственными жизнями, в которых ты играл незначительную роль.

Сейчас Эрлин обрабатывала раны контролера: при помощи портативного восстановителя клеток пыталась закрыть достигавшую кости рану на плече.

– Джанер, мой мальчик, – сказал подошедший к нему Рон.

– Кажется, мы стремились к несколько другому счастливому финалу, – заметил он.

– Верно! Просто мы только что узнали, что финал несколько затянулся.

Джанер попытался понять по выражению лица капитана, что он имел в виду.

– Ты имеешь в виду Амбела? Рон покачал головой.

– Я имел в виду финал не в смысле окончания жизни, по крайней мере для него. Впрочем, для Скиннера другого исхода быть не может. – Он замолчал, увидев удивленное лицо Джанера. – Ты знаешь, что он не умер, а мы знаем, куда он направился.

Джанер крепко сжал губы, чтобы сдержать уже готовое сорваться с губ возражение. Он сам видел, как лишенная тела голова расправила крылья и нырнула в море, поэтому не собирался спорить о том, была ли она жива.

На палубу поднялся Амбел. Джанер не мог не заметить, как моряки умышленно отворачиваются от Старого капитана, каким холодным взглядом смотрит на него Кич.

– Что дальше? – спросил Джанер, когда Амбел подошел к ним.

– Мы отправимся к острову Скиннера.

– Где состоится совет, – добавил капитан Рон.

Амбел медленно произнес:

– Я хотел бы прибыть туда в качестве капитана, а не пленника. Возможно, это мой последний рейс.

Рон кивнул.

– Я оставлю всех моряков, которые не захотят перейти на борт «Ахава», и пришлю парус.

– Спасибо, – поблагодарил его Амбел. – Как ты собираешься созвать совет?

Рон повернулся к Джанеру.

– Твой канал? Ты можешь связаться с Блюстителем?

– Ты все слышишь? – спросил Джанер разум Улья.

– Слышу все и крайне заинтересован в информации, – ответил, немного пожужжав, разум.