– В этом мясе очень много витаминов , белков и сахаров, – пояснила его собеседница. – Содержится и вирус, конечно, но беспокоиться не следует. Вирус не выживает в пищеварительной системе человека, как, впрочем, и на воздухе. Обычными методами распространения являются укусы пиявок и половой контакт. – Эрлин явно смутилась, упомянув последний метод. – Ты принимаешь интертокс?

Джанер пожал плечами.

– Что будет, то будет… Скажи, зачем при таком изобилии здесь нужна так называемая «выращенная в Куполе пища»?

Эрлин улыбнулась каким-то своим воспоминаниям, и Джанер едва не позавидовал ей.

– Это земная пища – растения содержат много естественных гермицидов, даже токсинов, которые сдерживают рост вирусных волокон. К счастью, хуперы занимаются этим со времен самого Джея Хупа, иначе они не смогли бы выжить. Особенно полезен чеснок, и они выращивают его здесь почти тысячу лет.

– Разве есть необходимость в сдерживании роста волокон?

– Медленный рост лучше быстрого, в этом случае ты не становишься туземцем, – ответила Эрлин.

Джанер ждал объяснения, но его не последовало. Он доел мясо бокси и хотел было продолжить разговор на эту тему, но тут снизу раздался жалобный писк. Роуч открыл чугунный ящик для наживки; животное, извивавшееся в его руках в попытке избежать острия крючка, было похоже на миниатюрную трубу с длинными ногами болотной птицы и перепончатыми лапками.

– Не будем ему мешать, – предупредила Эрлин. – Постороннему очень опасно находиться рядом с занятым рыбной ловлей хупером.

– Что ты имеешь в виду?

Она показала на ящик для наживки.

– Некоторые из этих тварей могут вонзиться в твое тело, как сверло. Потом их очень трудно извлечь.

Джанер послушно отошел в сторону. «Трубы» подпрыгивали в ящике и, казалось, наблюдали за ним, хотя у них не было глаз. Роуч не принимал никаких мер предосторожности, насаживая существо на блестящий крючок. Когда тварь издала последний булькающий писк, ее собратья в ящике замолчали и скрылись из виду.

Он кивнул моряку, прежде чем последовать за Эрлин, но Роуч был настолько увлечен ловлей, что не обратил на него внимания.

– Кроме того, неизвестно, какова будет добыча. В море живут моллюски-лягушки, моллюски-молоты, не говоря уже о глистерах и приллах. И, несомненно, пиявки.

Джанер понятия не имел о большинстве перечисленных ею тварей, но сейчас у него не было желания узнавать о них больше.

Когда они поравнялись с мачтой, Эрлин указала на его ремень:

– Вижу, ты не носишь оружия, а зря.

Он кивнул, но в следующий момент его внимание привлекло что-то обгонявшее судно, рядом с поверхностью воды. Сначала ему показалось, что это была стайка пингвинов, потом, вглядевшись, Джанер брезгливо передернул плечами – какие огромные пиявки!

– Почему люди остаются здесь? Лично мне это место кажется адом.

Эрлин задумалась, прежде чем ответить.

– Хуперы привыкли к такой жизни. Лишь несколько лет назад они узнали, что имеют право покинуть планету. Они остаются, потому что понимают преимущества здешней жизни. Если хупер проживет достаточно долго, то станет кем-то вроде Старого капитана: практически бессмертным и неуязвимым, не чувствующим боли, живущим в полном согласии с самим собой.

– Похоже, необходимо долго прожить, чтобы воспользоваться такими преимуществами, – заметил Джанер, все еще наблюдая за пиявками.

– Да, – согласилась Эрлин. – Кроме того, существуют экономические факторы, о которых мы успели забыть благодаря преимуществам нашей жизни. Хупер должен очень долго работать, чтобы позволить себе переезд.

Джанер повернулся к ней, слова «позволить себе переезд» отчетливо отпечатались в его затуманенном мозгу.

– Полагаю, эта небольшая увеселительная прогулка не совсем бесплатна?

Женщина улыбнулась.

– Конечно, предлагаю договориться с Роном о цене, и побыстрее.

Джанер бросил взгляд на широченную спину капитана.

– Думаю, в процессе переговоров мне не стоит называть его «вором» или «грабителем», верно? Не хочется даже думать, что со мной будет, если я его разозлю.

– Старые капитаны редко выходят из себя – это слишком опасно. Можешь называть его как хочешь, пока платишь. Уверена, тебе не хочется покинуть это судно здесь и сейчас.

Джанер снова посмотрел на маячившую впереди стайку пиявок и попытался как-то поддержать разговор.

– Скажи, а пиявки когда-нибудь умирают?

– И да, и нет. На них тоже охотятся другие животные, их убить ничуть не труднее, чем любое другое существо, но они не умирают от старости. При оплодотворении они делятся на сегменты, которые затем превращаются в большие капсулы или яйца – и из них, в итоге, появляются тысячи маленьких милых пиявочек.