— Не смогу я, видать, вопроса задать, — признался он, наступив самому себе на ногу.

Хамфри сердито насупился. Он был уже очень стар, и оттого взгляд его казался еще более сердитым, чем на самом деле.

— Ты пришел сюда, чтобы отслужить год в уплату за ответ, и у тебя даже нет вопроса?

Загремел был уверен, что вопрос-то у него есть, просто он не знал, как его сформулировать. А потому стоял тихо, капая на не прибранные вовремя магические предметы, как непроходимый тупица, каким он, в сущности, и был.

Хамфри вздохнул:

— Даже если бы ты и задал его, это не был бы твой вопрос. Все всегда задают мне не те вопросы, какие нужно, и только впустую тратят свои усилия. Помню, недавно ко мне заявилась девица с просьбой изменить ее природу. Хамелеоша — ее имя, хотя тогда-то ее звали по-другому. Ну, с природой-то у нее все было в порядке, а вот мозги ей требовалось поменять. — Он покачал головой.

Случилось так, что эту Хамелеошу Загремел знал. Она была матерью принца Дора и действительно непрерывно менялась — от умницы до дуры, от красавицы до страхолюдины. Хамфри прав: с природой у нее все в порядке. Загремел любил говорить с ней, когда она опускалась до уровня его собственного идиотизма, и смотреть на нее, когда она делалась так же страшна, как и он сам. Но к несчастью, эти два состояния никогда не совпадали. И все-таки она очень славная — насколько славными могут быть люди.

— Хорошо же. — Судя по голосу Хамфри, ничего хорошего во всем этом не было. — Тогда сделаем так: ты получишь ответ без вопроса. Ты уверен, что хочешь за это заплатить?

Загремел не был уверен, но как выразить эту неуверенность, тоже не знал. Так что он в конце концов утвердительно кивнул, попутно напугав своей мохнатой физиономией кукушку из часов, собравшуюся сообщить, который час. Вместо того чтобы спеть песенку, как обычно, она испуганно обронила капельку помета и скрылась в часах.

— Да будет так, — изрек волшебник; его передернуло. — Ты найдешь то, что ищешь, у древних огров. — Он поднялся и направился к дверям: — Пошли. Моя супруга разберется с твоей службой в уплату за ответ.

Огр молча последовал за ним. Теперь он получил свой ответ — но так и не понял его.

Они спустились по лестнице — если бы Загремел соображал получше, он удивился бы, каким образом, проплыв под огненной водой и появившись в кабинете доброго волшебника, он умудрился подняться так высоко наверх. Внизу их уже ждала жена Хамфри. Это была очаровательная безликая горгона — безликая, поскольку, увидев ее лицо, люди тут же превращались в камень. Даже когда ее лица не было видно, люди цепенели от ужаса.

— Вот он, — сказал Хамфри с таким видом, словно принес мешок гнилых яблок.

Горгона смерила Загремела взглядом — по крайней мере, так ему показалось. Несколько змеек из тех, что заменяли ей волосы, зашипели.

— Он выглядит как огр, — заметила горгона. — Он что, бездомный?

— Никакой он не бездомный! — фыркнул Хамфри. — Он закапал весь мой кабинет! Где эта девица?

— Танди! — позвала горгона.

Появилась миниатюрная девушка, довольно хорошенькая по человеческим меркам, шатенка с голубыми глазами и вздернутым веснушчатым носиком: — Да, мэм?

— Танди, сегодня истекает срок твоей службы, — сказала горгона. — И сейчас ты получишь ответ. Глаза девушки прояснились, как небо в полдень.

— О, благодарю, горгона. Я почти жалею о том, что придется покинуть вас, но мне пора возвращаться домой. Матушка устала видеть меня только в магическом зеркале. Каков же мой ответ?

Горгона легонько подтолкнула Хамфри, при этом ее роскошная грудь всколыхнулась.

— Ответ, супруг мой.

— О да, — согласился добрый волшебник так, словно раньше ему это не приходило в голову. Он задумчиво прочистил горло.

— И надо объяснить, чем мне платить, — встрял Загремел, не сознавая, что прерывает важный мыслительный процесс.

— Вы двое будете путешествовать вместе, — изрек Хамфри.

Загремел уставился на хрупкую девушку сверху вниз, Танди уставилась на громадного огра снизу вверх. Оба были одинаково растеряны. Огр был в два с лишним раза выше девушки ростом, и это еще самое малое различие.

— Но я не хотела... — попробовала возразить Танди.

— А что же мне делать? — одновременно с ней заговорил огр. Если бы он соображал в этот момент получше, он мог бы даже подумать, что эти одновременные ответы рифмуются.

Похоже, горгона улыбнулась.

— Иногда то, что изрекает мой муж, нуждается в некоторых пояснениях, — сказала она. — Он знает настолько больше любого из нас, что забывает делать скидку на наше невежество. — Она с шутливой фамильярностью ущипнула Хамфри за щеку. — А хотел он сказать вот что: вы двое, Загремел и Танди, должны вместе пройти по диким просторам Ксанфа и вместе преодолеть все препятствия. Такова взамен работы в замке плата огра — защищать свою попутчицу. Это также ответ, за который уже заплатила девушка.