– Попрактиковаться не мешает, – хитро улыбаясь, ответила Се'Недра. – В будущем может пригодиться. Старик рассмеялся:

– Ты можешь быть очаровательной, когда захочешь. Се'Недра с притворной скромностью поклонилась, затем повернулась к Гариону.

– По давнему обычаю девушки Толнедры дарят своим нареченным ценные подарки, – сообщила она, протягивая ему тяжелое, затейливо украшенное кольцо с яркими камнями. – Это кольцо принадлежало Рэн Хорту II, величайшему из всех толнедрийских императоров. Оно может сделать тебя великим королем.

Гарион вздохнул. До чего же надоели все эти церемонии.

– Для меня большая честь носить это кольцо, – ответил он, стараясь скрыть раздражение. – Со своей стороны я хотел бы преподнести это. – Он передал Се'Недре бархатный футляр.

– Он принадлежал жене Железной хватки, сестре тети Пол.

Принцесса взяла коробочку и раскрыла её.

– О Гарион! Какая прелесть! – Она положила амулет на ладонь и повернула его к огню. – Дерево как настоящее. Мне даже кажется, что я слышу, как оно шелестит листьями.

– Благодарю тебя, – скромно ответил Белгарат.

– Это ваше творение? – недоверчиво спросила принцесса.

Старик поклонился и ответил:

– Когда Полгара и Белдаран были маленькими, мы жили в долине. Там не хватало золотых дел мастеров, поэтому амулет пришлось сделать мне самому. Кое в чем мне помогал Олдур.

– Это бесценный подарок, – сияя, сказала девушка, и Гарион подумал, что будущее выглядит не таким уж мрачным. – Помоги мне, – скомандовала она, подавая ему концы цепочки, поворачиваясь спиной и откидывая в сторону прекрасные рыжие волосы.

– Ты принимаешь подарок, Се'Недра? – спросила её тетя Пол со значением.

– Ну конечно же принимаю.

– Без каких-либо условий и по собственной воле? – раздельно спросила тетя Пол.

– Я принимаю подарок, леди Полгара, – ответила Се'Недра. – Застегни, Гарион. Понадежнее. Я не хочу, чтобы он соскочил с моей шеи.

– Об этом не стоит так беспокоиться, – произнес Белгарат.

Пальцы не слушались, когда он застегивал изящный замочек. Но вот концы соединились и замок защелкнулся.

– Возьми амулет в руку, Гарион, – приказала тетя Пол.

Се'Недра подняла голову, и Гарион взял медальон в правую руку. Тетя Пол с Белгаратом положили свои ладони на его ладонь. Какое-то странное ощущение передалось через их руки в талисман, висящий на шее Се'Недры.

– Отныне ты неразрывно связана с нами, Се'Недра, – объявила тетя Пол, – и нить эту никогда не оборвать.

Се'Недра недоуменно посмотрела на нее, её глаза расширились от ужасного подозрения.

– Сними его, – отрывисто сказала она Гариону.

– Теперь невозможно, – объявил ей Белгарат, садясь и снова принимаясь за кружку.

Принцесса двумя руками вцепилась в цепочку, пытаясь разорвать её.

– Ты только поцарапаешь себе шею, дорогая, – предупредила её тетя Пол. – Цепочка не оборвется; её невозможно перепилить и снять через голову. Так что не бойся – она не потеряется.

– Это все ты! – обрушилась принцесса на Гариона.

– Что я?

– Заковал меня, как рабыню, в цепь Как будто недостаточно того, что я кланялась тебе. Теперь эта цепь.

– Я не знал, – попытался оправдаться он.

– Обманщик! – закричала она, повернулась и, горько рыдая, выбежала из комнаты.

Гарион был не в настроении. Перспектива проведения очередного дня в долгих церемониях и утомительных совещаниях его совсем не привлекала, и поэтому он пораньше сбежал из спальни, пока не прибыл чрезмерно вежливый секретарь с длинным списком дел и не расписал по минутам, что ему делать Гарион втайне ненавидел бедного чиновника, хотя и понимал, что это его работа. Время короля должно подчиняться строгому распорядку, и в обязанности секретаря входит следить за этим. Каждое утро после завтрака раздавался вежливый стук в дверь и входил секретарь-распорядитель, кланялся и принимался за свое. Гарион иногда с ужасом думал, что, вероятно, где-то спрятан и надежно охраняется самый главный документ, который предопределяет на долгие годы всю его жизнь вплоть до пышных похорон.

Наступивший день выдался слишком погожим, чтобы заниматься невыносимо скучными делами. Из-за моря Ветров поднялось раскаленное солнце и, коснувшись заснеженных вершин, окрасило их в красновато-розовые тона и озарило легким голубоватым сиянием широкие долины, лежащие внизу. Запах весны врывался через окно из сада, и Гариону не терпелось сбежать из крепости хотя бы на час. Он быстро надел тунику, штаны и мягкие райвенские сапоги (самое скромное, что нашлось в его гардеробе), подпоясался ремнем, взял меч и выскользнул из комнаты. Он решил было отказаться от охраны, но потом благоразумие все же взяло верх.