– Близнецы, – ехидно пояснил он. – Братья по плоти и по крови. Ты еще, верно, не видел таких?

Гуль не ответил. Старик между тем продолжил, но обращаясь уже не к Гулю, а к Монти номер два:

– Слышишь, Пол? Сосунок-то еще ничего и ни о чем. Досадно, если упустим такой шанс. Может, все-таки позволим ему добраться до лагеря? В надежном сопровождении?…

– Пошел ты к черту! Они же злые теперь. И патронов где-то нашли уйму. После того как пристрелили у них Хадсона, пуляют во все, что движется.

– Ну, в Пола-то они не будут стрелять. Подойдешь ближе и расскажешь байку про паренька.

– Ага, так они нас и подпустят!

– Ну, а если попробовать? Эти-то туда направлялись. Значит, никакого подозрения. Тебя же в лагерь вели, сынок, верно?

Гуль машинально кивнул.

– Вот и прекрасно!.. Пол! Ей-богу, ты упускаешь золотой случай!

Лейтенант номер два нехотя приблизился к старику и забрал у него автомат Гуля.

– Ладно… Но только по новым условиям.

– Само собой, Пол. Никакого обмана. Тебя хлопнут, неделю будешь водить, как и договаривались. Но я надеюсь, что ты все-таки вернешься. То есть, значит, сразу вернешься…

Окружение старика захихикало. Один только Пол не улыбался, сосредоточенно хмуря лоб и что-то про себя прикидывая. Детина с массивными плечами подошел к нему и звучно хлопнул по спине.

– Ты, главное, не теряйся. С такой машинкой у тебя наверняка все получится. Ну, а в случае чего ползи на старое место. Там тебя Чен будет ждать. С медалькой. Помнишь, какую мне в прошлый раз вырезали?

Монти что-то пробурчал в ответ. С любопытством покрутил в руках «Калашников», нюхнул ствол, выщелкнув магазин, взвесил на ладони.

– Вроде полный.

– Значит, хватит на всех, – губы землистолицего Чена разъехались в неприятной улыбке.

– И не забывайте: неделя за мной!

– Ты что, Чену не веришь?

– Ага, знаю я вас… – Монти повесил автомат через плечо, качнув стволом, выразительно поглядел на Гуля. – Ну, что? В пещеру, малыш!

Они ничего не собирались ему объяснять, а Гуль не пытался расспрашивать. Впервые на глазах его убили человека, и этого человека он успел пусть немного, но узнать. В смятении он снова взглянул на лежащего Пола. Только что они говорили, злились друг на друга, но кому-то взбрело в голову выстрелить, и пули разом покончили со всеми спорами. Кратчайшее разрешение всех человеческих проблем. Мгновенное нажатие – и все…

Пол номер два нетерпеливо мотнул головой. Не переча ему, Гуль двинулся к пещере. Слабая надежда искрой замерцала в сознании. Пещера означала темноту, а темнота – это маленький шанс…

Сколько их там осталось позади? Трое?… Или четверо? Он никак не мог вспомнить точного числа убийц. Все заслонило землистое лицо с недоброй улыбкой. И еще этот двойник… Близнец, даже не задержавшийся над телом брата. Неужели такое бывает?

Несмотря на душевную сумятицу, Гуль заставил себя внутренне собраться. Обстоятельства, навалившиеся на него, казались чудовищными. Ничто не поддавалось трезвому человеческому объяснению. Реальность пользовалась малейшей возможностью, чтобы посмеяться над ним. Он был человечком, угодившим в медвежью берлогу, муравьем, заползшим в пиротехническую лабораторию…

Перед самым входом в пещеру он на мгновение задержался. Набрав в грудь воздуха, словно собираясь нырнуть в воду, переступил границу света и тени. И тотчас растекся по каменной поверхности. Именно такое у него возникло ощущение! Тело растворилось в окружающей мгле, он перестал видеть и слышать. И тем не менее Гуль сразу обнаружил следующего за ним конвоира. Но не по шороху и не по дыханию. Гуль осязал теперь подобно змее или акуле. Более того, совершенно неожиданно он наткнулся на мысли «двойника». Он наткнулся на них, как натыкаются на препятствие вытянувший перед собой руки слепец,

– испугавшись первого мига прикосновения, отшатываясь назад.

Может быть, он даже ускорил шаг, пытаясь оторваться от них. И только мгновением позже Гуль сообразил, что шагать уже не способен. Нынешний способ передвижения не походил ни на один из привычных человеку. Он перестал быть тем, чем являлся минуту назад. Субстанция, вобравшая его «я», ускоряясь плыла по тоннелю. Быстрее и быстрее. И, не отставая, мчался по пятам близнец покойного Монти. Собственно говоря, тоннель тоже исчез. Пространство претерпело изменения, которые он не в силах был понять. Он ощущал и двигался!.. Движение! Оно превратилось в аксиому жизни, в единственный смысл, и ничего более не было, кроме вытянувшегося в струну пространства. Гуль мчался, уподобившись разгоняющейся электричке, но подобное сравнение уже не приходило ему в голову. Опасность летела за следом, и имя ей было Пол Монти. Страх рос, превращаясь в наездника, и, задыхаясь от скорости, Гуль ощущал жала его шпор.

Он не задумывался о направлении. Направлений более не существовало. Как и сторон света. Нужно было спешить вперед, потому что страх и тот, кто его породил, располагались сзади. Пустой и легкий, Гуль летел, рассекая мглу, поражаясь той властной небрежности, с которой он ввинчивался в слоистую даль. На какой-то миг ему почудилось, что американец вот-вот настигнет его. Скорость тут же возросла, и Гуль с ужасом ощутил, что еще немного, и он попросту взорвется от сумасшедшего темпа. Как торпеда, на пути к цели повстречавшая снулого тунца…