Эмблема на плече Адены изображала сжатый кулак.

– Что вы делали в этом секторе? К какому подразделению вы принадлежите?

– Не знаю, – честно признался я. – Когда я очнулся, то лежал на ледяном плато в нескольких километрах отсюда. Я не могу припомнить ничего из того, что произошло со мной до этого момента…

"Если не считать других эпох, мест и жизней", – добавил я про себя.

Она нахмурилась.

– По-видимому, он не принадлежит к транспортной команде, – вступил в разговор Кедар.

– Надо думать, нет, – согласилась Адена. – Какая у вас специальность? – спросила она, снова поворачиваясь ко мне.

Я молча пожал плечами.

– Биотехника? Химия? Энергетика? Связь? – спросила она, слегка повышая голос.

– Но у вас должна быть какая-то специальность, солдат, – рявкнул Кедар.

– У меня специальное задание, – услышал я свой собственный голос. – Я ассасин.

– Кто? – не понял Кедар, бросив недоуменный взгляд на Адену.

– Мое задание найти Аримана и убить его, – объяснил я.

– Ариман? Но кто, черт побери, этот Ариман?

– В нашей команде нет никого с таким именем, – сказала Адена чуть более мягким голосом.

– Ариман не принадлежит к человеческому роду. Он разумен, но не настоящий человек. Темный, могучего сложения… – Я постарался дать им наиболее точный словесный портрет моего врага.

Чем дальше я говорил, тем больше возрастало их недоумение. Когда я умолк, Адена задала мне следующий вопрос:

– И ваше специальное задание состоит в том, чтобы найти его и убить?

– Да. Поэтому я был послан сюда.

– Кем?

– Ормуздом.

Они переглянулись. Очевидно, это имя им тоже ничего не говорило.

– Вы знаете Аримана, Владыку Тьмы? – спросил я. – Или хотя бы его местонахождение?

Кедар кисло улыбнулся.

– Подождите еще денек, Орион. Как только пурга прекратится, вы увидите столько существ, подобных тому, которое сейчас описали, что впечатлений хватит на всю оставшуюся жизнь.

– Я не понимаю вас.

– Разве вы не знаете, что мы находимся в состоянии войны с ними? – спросила Адена.

– Война? Но с кем?

– С существами, похожими на то, которое вы только что описали. Это их планета. Мы находимся здесь для того, чтобы уничтожить их.

– Но сейчас мы оторваны от наших основных сил, – добавил Кедар, прежде чем я успел перевести дыхание. – Сейчас они собираются в снегах. Там их сотни, может быть, тысячи. Как только ураган закончится, они атакуют нас. У них схожая с нами цель: мы хотим истребить их, а они – уничтожить нас.

Я пропустил все его слова мимо ушей. В голове у меня гудело только одно:

Война! Война! Война!

Адена и Кедар скоро потеряли ко мне всякий интерес. Много ли им было проку от человека, который либо спятил, либо притворялся, чтобы не принимать участия в новом сражении. Все их внимание переключилось на подготовку предстоявшей баталии и организацию защиты пещеры от вражеского нападения, которое, по их расчетам, должно произойти, как только утихнет ураган.

Однажды я рискнул выбраться наружу. Никто не препятствовал мне, хотя я и чувствовал колючие взгляды солдат, направленные мне в спину. Впрочем, непрекращавшийся ураган заставил меня быстро ретироваться и вернуться в комфорт – тепло пещеры.

Рена еще раз попробовала взять меня под свое покровительство. Она пригласила меня на небольшую пирушку, где несколько мужчин и женщин взялись приготовить мясные полуфабрикаты в некоем подобии микроволновой печи. Увы, из ее затеи ничего не вышло. Мы ели в угрюмом молчании. Покончив с едой, один за другим солдаты вернулись к своим гамакам, где занялись проверкой оружия.

Единственной более или менее добродушной личностью в отряде был самый молодой из его участников, некто Марек, специалист по средствам связи. Он по собственной инициативе вызвался показать мне всю аппаратуру, находившуюся в его ведении.

– Эти твари ухитряются каким-то образом экранировать все наши передачи, – пожаловался он мне тихим, приятным голосом, которым совсем недавно объяснял основные принципы работы своей аппаратуры. – Не знаю, как им удается, но делают они это чертовски хорошо.