От ненависти лицо Бергера перекосилось.

— А теперь собирайся и пошли с нами, — распорядился Генрих.

— Это куда же?

— В управление имперской безопасности.

— Хорошо, — произнес он с улыбкой и стал собираться.

Они вышли из квартиры, сели в автомобиль и поехали. Автомобиль вел Генрих, а на заднем сиденье пристроились Бергер и Томас. Бергер находился под прицелом парабеллума. Томас не отрываясь внимательно наблюдал за ним. Они подъехали к небольшому лесу на окраине и остановились недалеко от водоема.

— Выходи, — произнес Томас.

— Неужели будешь убивать своего старого приятеля? — спросил Бергер.

— Мне очень жаль, но тебя все равно расстреляют. Матильда о тебе побеспокоилась. Завтра утром неопровержимые документы о твоем сотрудничестве с ОГПУ будут лежать на столе у Канариса. Ведь ты работаешь в его ведомстве?

Бергер выскочил из машины и побежал вглубь леса, пытаясь петлять, как заяц. За ним вдогонку устремился Томас. Генрих услышал, как в лесу прозвучали два выстрела.

Внезапное исчезновение Альфреда Бергера привело к тому, что было начато служебное расследование, которое вел оберштурмбанфюрер Ханс Мозер. Незамедлительно был вскрыт сейф в кабинете Бергера, оттуда были изъяты папки с документами. Был проведен обыск в его квартире, где также были изъяты документы для служебного пользования. Вечером Мозер докладывал Гейдриху:

— Опрос сослуживцев ничего ни дал, однако в процессе беседы с соседями установлено, что накануне ночью у него были гости — за стенкой слышались голоса, которые звучали на повышенных тонах. Потом все внезапно прекратилось. Поиск очевидцев среди соседних домов натолкнул нас на одну женщину, которая видела, как трое мужчин в штатском сели в автомобиль и уехали. Есть приблизительное описание их внешних примет общего характера, что не позволяет нам идентифицировать личности.

— Неужели вы не смогли найти ни одной зацепки?

— Нет, господин группенфюрер, прямых зацепок нет, но если учитывать, чем в последнее время занимался Бергер, то можно предположить ближайший круг его подозреваемых. Он очень обширен, и здесь предстоит много поработать.

— И кто попал в поле вашего зрения?

— Абсолютно все, с кем по долгу службы ему предстояло общаться.

— Меня такой ответ не устраивает. Где же, черт возьми, ваше профессиональное чутье?

— Я не хочу бросать тень на высокопоставленных чиновников, но считаю, что необходимо искать корень зла в семействе барона Отто фон Райнера. Бергер тесно сотрудничал с ними. Часто бывал у них дома и помогал им. Существуют диктофонные записи их бесед, которые мы прослушивали ранее. В них есть нелицеприятные высказывания барона относительно отдельных чиновников высокого ранга. Исходя из этого, можно предположить, что Бергер пользовался абсолютным доверием барона. Бергер многое знал о нем. Также часть своего времени он уделял его супруге фрау Матильде. Здесь их отношения были не настолько открытыми и доброжелательными. Матильда с осторожностью относилась к Бергеру, подозревая его в меркантильных интересах к ним. Существует короткая диктофонная запись, на которой Матильда в резкой форме выразила супругу свое недовольство. Она предупреждает мужа о том, что ему не следует слепо доверяться Бергеру.

— Любопытная предусмотрительность, — подметил Гейдрих.

— Она с успехом предвидит некоторые события, — в том же тоне подтвердил Мозер. — Ее фанатичные занятия медитацией открыли в ней талант предвидения, но основной ее дар — это общение мозгом на расстоянии. Она состоит в тайном обществе «Ложа Света». Члены ордена в своих тайных обрядах используют скандинавскую легенду о Боге Одина. Матильда там занимает одно из главенствующих мест жрицы, а иначе Сигрун (Siegrun), по имени одной из дочерей — валькирии Бога Одина.

— Эта скандинавская легенда завладела многими умами способных и талантливых людей, которые телепатически пытаются проникнуть в прошлое и открыть тайное наследие жрецов Бога Одина, — недовольно произнес Гейдрих. — Лучше бы они направили свои способности на более важные дела.

— Хотелось бы знать, кто наставник «Ложи Света», ее идейный вдохновитель? — спросил Мозер.

— Хочу вас предупредить: впредь не следует совать свой нос в их дела, и забудьте о существовании «Ложи Света».

Гейдрих, о чем-то раздумывая, неожиданно спросил:

— Как себя чувствует Вагнер?

— Старается работать без ошибок и ждет вашего прощения.

— В таком случае пора его реабилитировать и вернуть на свою прежнюю должность. Пусть исправляет старые ошибки, допущенные в работе с Матильдой, и передайте ему дело по исчезновению Бергера. А вы продолжайте заниматься концерном «Фишбах». К нему проявляют интерес подозрительные люди.

По указанию Гейдриха оберштурмбанфюрер Мозер взял в активную разработку концерн «Фишбах». Он ежедневно прочитывал сводку наружного наблюдения. Сегодня он обратил внимание на контакт фигуранта с субъектом, который вызвал подозрение. Он просмотрел несколько отснятых фотоснимков мужчины: обросший, неряшливо одетый и сильно подпитый стареющий человек; на первом снимке эмоционально что-то говорил фигуранту, на втором — стоял на коленях у могилы и плакал, на третьем — ждал фигуранта у проходной концерна «Фишбах».

Мозер понял, что субъект зависим от фигуранта, и приказал немедленно его задержать. К вечеру он уже находился в камере для допросов. Помощник Шульце уже продемонстрировал ему все инструменты следователя. Когда Мозер вошел в камеру, то увидел испуганное и бледное лицо задержанного.

— Шульце, вы свободны, я сам справлюсь.

Когда за помощником закрылась дверь, Мозер спросил:

— Ваши фамилия, имя, отчество?

— Воронцов Борис Алексеевич, — ответил напуганный мужчина.

— Мне о вас известно почти все, включая ваши отношения с профессором Листом и Марией Ориск. Чтобы мне каждое слово из вас не вытягивать клещами и если вы дорожите своим здоровьем и жизнью, прошу все рассказать честно.