Полицейский, сидевший рядом с водителем, вышел из машины и вынул наручники.

– Сударь, прошу вас повернуться! – обратился он к парню.

– Не надо! Я… я… – хрипло отозвался тот.

– Прошу вас не ухудшать своё положение сопротивлением!

Парень неохотно подчинился, ажан надел на него наручники, а затем помог сесть в машину. Полицейский взял другую пару и молча подошёл к плачущей женщине. Та обмякла, покорно подставила руки и также села в машину. Затем ажан подобрал нож, приветливо махнул рукой Вале, сел в автомобиль, и патруль уехал.

Валя осталась наедине со своим малышом. Безоблачное настроение, ещё десять минут назад владевшее ею, улетучилось. Бедная женщина, которая не может родить ребёнка и пытается решить свою проблему похищением чужого счастья…

Погуляв ещё минут двадцать, Валя грустно вздохнула и направилась с дочкой домой. Девочка открыла глазки, улыбнулась маме, пошевелила губками и снова уснула. Ещё через пятнадцать минут Валя с Аннет зашли в дом. Только затворив входную дверь, Валя вдруг сообразила, что за недавними бурными событиями пропустила нечто важное. В тот момент, когда она звонила мужу, голос его был озабоченный… мрачный какой-то… Она перенесла малышку в кроватку, проверила, всё ли в порядке, и подошла к телефону:

– Алло, дорогой! У меня всё в порядке, а как у тебя?

Жак ответил не сразу:

– Да как сказать, милая…

Валя встревожилась:

– Что-то нехорошо? Ты не можешь сказать по телефону?

– Прости, милая. Не могу. Может быть, дома.

– Хорошо.

Валя разъединила и занялась обычными домашними делами. Всё вроде в порядке, но разговор с мужем тревожил. Не может сказать, что случилось… Скорее всего, что-то на работе. Какое-то неприятное преступление? Все преступления неприятны, и жена полицейского должна к этому привыкнуть. Взять хотя бы несчастную женщину, задержанную час назад за попытку похищения …

Муж приехал домой к восьми – на полтора часа позже обычного. Если бы у Вали и не было оснований для беспокойства из-за телефонного разговора днём, они появились бы сейчас – Жак выглядел печальным и сумрачным. Валя подошла к нему, мягко обняла. Жак попытался улыбнуться, обнял, поцеловал жену. Подошёл к детской кроватке, мягко взял в руки, поцеловал девочку. Та не спала – улыбнулась папе, потрогала ладошкой его лицо. Засмеялась, когда Жак вернул её в постельку. Валя вздохнула:

– Милый, рассказывай.

– Прямо сейчас?

– Да, пожалуйста, не тяни.

Жак грустно кивнул и увлёк жену в спальню. Валя настойчиво посмотрела ему в глаза:

– Ну?! Я жду! Какое-то преступление?

– Да, родная моя. Убийство.

Валя ничего не сказала. Убийство – это всегда страшно, кем бы ни были преступник и жертва, что бы между ними ни произошло. И всё же убийства в практике мужа не были редкостью, а таким печальным и озабоченным он выглядел впервые. Подошла к мужу, мягко прикоснулась ладонями к его щекам:

– Милый, расскажи, что тебе гнетёт. Вместе легче.

– Да, любовь моя. – Он выдохнул и покачал головой. – Какая-то непонятная жестокость. Оба раза.

– Два убийства? – негромко констатировала Валя, скорее для себя.

– Да. Стариков… пытать… Перевернуть весь дом…

Бессвязная речь мужа была слишком понятна, но и страшна. Горечь, владевшая Жаком, начала переходить в Валю. Она вздохнула:

– Можно, ты расскажешь об этом подробнее?

Жак помолчал немного и кивнул.

«Сегодня в нашем клубе вечер танцев. Цена билета 100 руб. Вход для девушек свободный». Это написанное от руки объявление висело на почерневшей от копоти выхлопных газов стене невысокого кирпичного здания. Когда-то, в старые времена, здесь была богадельня, позже, при советской власти – научно-исследовательский институт, а теперь – клуб, в котором московские бизнесмены – пусть не все, а только проживающие в этом микрорайоне – устраивали свои вечеринки.

Девушка лет двадцати, русоволосая, длинноногая, изящного сложения, с миловидными чертами лица, с большими, словно удивлёнными, карими глазами, одетая в простое серое платье и дешёвые туфли, с чёрной сумочкой из кожзаменителя, перечитала это объявление, висевшее рядом с входом в клуб, и нерешительно посмотрела на охранника, одетого в камуфляж. Тот радушно улыбнулся:

– Заходите, девушка! Не стесняйтесь! Здесь весело!

Она ещё немного поколебалась, но, увидев, как две другие девушки заходят внутрь, приняла приглашение.