– Я не разбогател, но ребёнка прокормлю. Она моя. Отдай и уходи.

– Закрой свою пасть. Не стоит испытывать моё терпение. Ты знаешь, кто я. Убирайся! Ты сделал своё дело, теперь очередь за мной.

– Я отец девочки и не позволю её убить.

– Отец? Ты? – женщина расхохоталась. – Это сикстсид – Дитя Многих Кровей…

Ронан не дал договорить, выхватил из сумки стрелу, вскинул лук.

– Положи её сейчас же, не то…

– Не то, что?

– Я тебя убью!

Пальцы напряглись, оперенье стрелы слегка щекотало ухо, Ронан чувствовал, как руки его дрожат.

– Убьёшь? Этим? – фыркнула женщина – Глупец! Фейри нельзя убить обычной стрелой!

Она шагнула к краю, Ронан собрался и… спустил тетиву. Стрела угодила в цель! Женщина дёрнулась, на мгновение застыла, схватила лежащего ребёнка. Последовавший за этим смех напоминал воронье карканье. Ронан потянул руку за следующей стрелой, но тут… женщина пошатнулась, уронила свёрток.

– Не понимаю, что это? Что происходит? Фейри нельзя убить этим… – повторила она и потянула руки к младенцу.

Спина женщины выгнулась, плечи откинулись назад. Ронан видел, как некогда прекрасное лицо преображается в уродливую маску. Младенец разразился неистовым плачем! Собрав в кулак последние силы, фейри согнулась и выдернула торчащую в плече стрелу.

– Где наконечник? – пронзительным голосом прокричала она. Глаза монстра выпучились, вены на шее напряглись и потемнели. Отбросив в сторону окровавленное древко, фейри упала на колени и воткнула указательный палец в кровоточащую рану. – Я спрашиваю тебя, где он? Что ты сделал? Почему ты стрелял этим?

Она не говорила, визжала. Когда фейри вырвала палец из раны, кровь хлынула ручьём. Схватив с земли отброшенную стрелу, женщина снова уставилась на неё. Видимо догадавшись, что у неё в руках, переломила древко о колено, зашипела, словно змея и… вдруг, разразилась истеричным смехом. Этот хохот разлетелся, вспугнув сидящих на камнях птиц. Хлопанье крыльев чуть приглушило демонический хохот.

– А ведь ты и впрямь помешал моим планам! – она смеялась с надрывом, горловым бульканьем, взгляд беспорядочно блуждал, как у безумца. – Но, не обольщайся. Чтобы убить такую, как я, мало лишить меня тела.

Тонкая бурая дорожка соединила уголки губ и подбородок. Женщина вытерла выступившую из горла кровь, дёрнулась, снова потянула руки к орущему малышу. Несмотря на охвативший его ужас, Ронан бросился вперёд, одной рукой подхватил младенца, а другой, что было сил, толкнул женщину в грудь. Та отлетела, застыла на краю обрыва. Зло посмотрела на Ронана. Судорога вновь скрутила фейри. Она попятилась, дёрнулась и, не издав ни единого крика, рухнула со скалы. Ронан осторожно приблизился к краю пропасти и посмотрел вниз. Ни бьющегося о торчащие из воды камни тела, ни разбегающихся кругов. Вытер лоб, подошёл к младенцу, приподнял край тряпицы.

Милое личико, вздёрнутый носик, глазки-бусинки. Девочка смотрела не моргая. Живая, улыбнулся Ронан, успел. Маленькое создание похлопало длинными ресничками, прикрыло глазки и засопело. Спи, спи, малышка, я бы тоже поспал, Ронан положил ребёнка, схватил сумку и вытащил оставшиеся стрелы. Их осталось пять! Только вчера он проверял запас, оставалось шесть стрел: две обычные с широким жалом, такими можно бить кабана и оленя; эти двурогие – на утку или дикого гуся; вот «гарпунчик» – рыбья стрела. Какой же была шестая? Вспомнил! Ну, конечно! Жрец предупреждал, что фейри нельзя убить обычным оружием. Предлагал провести обряд, заручиться поддержкой духов, но Ронан не захотел ждать и помчался сюда. К обрыву. Ведь именно здесь он впервые встретил её. Ронан не испугался, оттого и победил. Убил чудовище. Все сомнения исчезли, юноша улыбнулся: «Всё оказывается так просто, или… это только начало?» Он подхватил младенца и зашагал в сторону дома, подальше от этого ужасного места.

1

С вечера Мира выпила пару коктейлей в баре у метро, но успокоить расшалившиеся нервы так и не удалось. Придя домой, разделась и завалилась в постель. Почти всю ночь ворочалась и смогла заснуть лишь под утро. Проснувшись, Мира принялась стучать по прикроватному коврику, на котором энергично подпрыгивал яростно звенящий будильник. Когда злобный возмутитель спокойствия под очередным хлопком наконец-то умолк, встала и, в полудрёме, поплелась на кухню. Часы на стене показывали половину девятого, нужно было спешить. Выпитый кофе, полчаса, потраченные на душ и утренний макияж, сотворили настоящее чудо. В очередной раз, посмотрев в зеркало, Мира улыбнулась. Красота, и впрямь, страшная сила! Она снова глянула на часы. Они показывали девять пятнадцать, вынос назначен на девять тридцать, ехать минут сорок, она успевала. Несмотря на то, что утренние процедуры дали положительный результат, девушка всё же решила не садиться за руль, вызвала такси. Оставалось лишь одеться.

Машина приехала почти сразу, так что пришлось немного поспешить. Несмотря на то, что Мира считала себя свободной современной женщиной, опаздывать она не любила, тем более не любила заставлять себя ждать. Спустившись на лифте, Мира вышла из подъезда и почти сразу разглядела синий Рено с «шашками», стоявший почему-то у другого угла потрёпанной пятиэтажки. Эти диспетчеры так невнимательны, вечно путают подъезды! Пока Мира устраивалась на заднем сидении, водитель, вихрастый парень, лет двадцати пяти, попытался отпустить сальную шутку, но тут же осёкся. Молодая пассажирка одарила неумелого ловеласа взглядом, от которого он, не договорив, тут же поджал губы. После того, как Мира сообщила конечный пункт их маршрута, водитель втянул шею и ехал, не проронив ни слова.