– Мы поженились месяц назад, – не без лёгкого смущения сказала Аня. Люба рассеянно кивнула. Пока ничего криминального в поведении Амира она не находила: ну, понравилась гостю с юга красивая русская девушка, любовь с первого взгляда, не он первый. Зачем сказал, что давно дружит с директором агентства? Скорее всего, соврал, ну так хотел произвести впечатление на Аню – причина уважительная. Почему директор ему подыграл? Из мужской солидарности, а может, в расчёте на деньги. И всё же в том, как Аня описала Амира, было нечто искусственное, фальшивое. Что именно? Непонятно…

– Хорошо, Аня. Однако вы же не из-за этих странностей пришли к нам, верно? Что-то случилось после вашей женитьбы?

Аня кивнула:

– Да… Прежде всего… Понимаете, Люба…

– Ну, ну?!

– Выяснилось, что Амир… у него… Вы меня понимаете?

Взгляд Ани был намного выразительнее её слов. Похоже, у Амира деликатная мужская проблема. Зачем же поспешил жениться на этой красавице, а не обратился сначала к врачу, чтобы всё урегулировать?

– Кроме того, ещё во время свадебного ужина у него разболелись зубы. С тех пор он всегда надевает на ночь повязку.

– Что?! – удивилась Люба. – Зачем повязку? Почему он не пошёл к врачу?

– Говорит, с детства боится дантистов.

– И что – он так и ходит с тех пор с этой повязкой?

– Нет, днём он её снимает.

Люба покачала головой. В памяти всплыл Том Сойер, который точно так же, под предлогом зубной боли, надевал повязку, чтобы не проболтаться во сне о преступлении Индейца Джо. Люба отогнала эту мысль: самое последнее дело – вот так настраиваться на определённую версию, почти наверняка ошибочную, закрывая для себя остальные. О чём мог проболтаться во сне Амир? И на каком языке – арабском? Аня поняла бы его?

– Аня, какие языки вы учите в университете?

– Английский, французский, арабский, хинди.

Глаза Любы широко раскрылись от удивления и уважения. Вот так куколка из Смоленска! Английский и французский – ещё ладно, но арабский и хинди… М-да, получается, Амир действительно может опасаться, что во сне выболтает жене какие-то секреты.

– Муж рассказывает вам о делах?

– Очень мало.

– А вы сами его не спрашиваете?

Аня неопределённо пожала плечами:

– Ну – так… «Как твои дела, дорогой, что нового на работе?»

Люба кивнула: вполне естественные для жены вопросы. И они смущают любящего мужа? Кстати, что-то с любовью у него не то. Зачем он женился на Ане и при этом не урегулировал свою главную проблему? Чтобы иметь красивую игрушку, хвастаться ею?

– Аня, как он обращается с вами?

– Хорошо… Вот только…

– Что?

– Вчера он вдруг предложил надеть на меня наручники и немного отстегать плетью, – смущённо призналась Аня. – Сказал, что это может его возбудить. Я, разумеется, отказалась. Не то чтобы я против любовных игр, но плеть – это чересчур. Да и наручники… страшновато.

«Что же – Амир извращенец, маньяк-садист, возбуждается от страданий любимой женщины?»

– Аня, а перед вашей свадьбой он таких предложений не делал?

– Нет, что вы, Люба! Он вообще не хотел ничего добрачного!

– А когда вы отказались принять его игру, он обиделся, рассердился?

– Нет, ничуть! Вот сейчас мне кажется, что он даже был немного рад. Кивнул так с готовностью… Но я могу ошибиться.

Люба вздохнула. Если Аня говорит всё правильно, то Амир не так уж стремится к сексу с женой, скорее хочет показать супруге влечение к ней.

– Вы с ним ездите куда-нибудь?

– Да, конечно! Мы часто бываем на званых вечерах и презентациях. Так здорово! Много незнакомых людей, все красиво одеты, огромные хрустальные люстры, фонтаны! Официанты разносят шампанское, фрукты и сладкое, артисты выступают! Один раз я видела Сталлоне! И сегодня, через два часа, у нас презентация, там должна быть Орбакайте! А первые две недели мы провели на Гавайях – просто замечательно!

Люба улыбнулась: по восторженной интонации Ани нетрудно было понять, что за такие поездки она охотно прощает мужу неурядицы в постели. Впрочем… Как это Амир спит с повязкой на лице? Он же, наверное, всё время недосыпает. Не в этом ли кроется секрет его супружеских казусов?

– Аня, ваш муж вообще не любит врачей? Неужели с детства ни от чего не лечился? Я смотрю…

– Не знаю, Люба. Может быть.

Помощница детектива подумала, что, возможно, Амир испытывает недоверие именно к российским врачам, и вздохнула:

– Хорошо, Аня. Это всё, что вы мне хотели рассказать?

– Нет, ещё кое-что. Как раз из-за этого я пришла к вам. Вчера я нашла под столом у мужа квитанцию – наверное, выпала из ящика…

– Ваш муж запирает ящики письменного стола?

– Да…