Дора рассчитывала, что после подарков Мудра присоединится к отряду, но бывшая рабыня попросила отпустить ее, сказав, что едет в орду. Патрульные пришли в восторг Посыпались соленые шутки. Дора жестом подозвала к себе старшего.

– До Всемогущего довезем в целости и сохранности, – без слов понял он ее, – а там – как он решит. Это уже не в моей власти.

Девушка кивком отпустила его и тронула поводья. Отряд вытянулся в походную цепочку. Рэй догнал Дору, пустил лошака рядом и начал рассказывать, как обстоят дела в караване. Телим купил рабыню, знающую язык жестов немых, сам учит, и всех заставил учить. Теперь все в караване с утра до вечера руками машут. На новых рабынь прислал Доре расписки, хотя в письме она его об этом не просила. Ночью кладет с собой Норика. Кольца из грудей девушкам вынул, Выдра использует дырки на манер карманов: в одной – ложка, в другой – маленькая дудочка. По вечерам учится играть. Все на нее ругаются. Один раз схватили за руки, за ноги, раскачали и бросили в пруд. Но это было давно, теперь притерпелись. Что носят в дырках остальные, проверить не успел. С караваном лишь две ночи спал.

– Раньше Выдра пела по вечерам у костра, – вздохнула Дора.

– А ты очень изменилась за эти дни, кэптэн Дора. Лицом постарела, суровой стала, а грудь налилась как у рабынь постели. Если б не голос, да не сердитый взгляд из-под челки, я бы тебя не узнал.

Дора опустила глаза вниз. На самом деле, грудь поднялась. Не так, как у Мириам, но тоже внушительно. Караван мертвецов, зачем воину грудь?

– Что мы узнали за день? Ничего! – Греб пнул торчащее из костра полено и в небо взлетел сноп искр.

– Не совсем так. Ты женщин орды видел? Во-первых, ни одной свободной, все рабыни. Во-вторых, у всех татуировки. На лбу – имя, на левом плече – восходящее солнце. Мы с Мириам это обсудили и сделали кой-какие выводы.

– Ну?

– Во-первых, Всемогущий пытается поддерживать в орде дисциплину, во-вторых, он не обладает фотографической памятью на лица.

– Ну а какое нам дело до его памяти? Нас не это интересует. И вообще, может, он так грамотность народу прививает.

– Мы узнали, что он не супермен. Обычного роста, обычной мускулатуры, с обычной памятью и пониженной подвижностью сперматозоидов.

– И все! Нам не это нужно. Скоро орда двинется на Ашен. Начнется война, и в нас будут видеть только шпионов… Завтра едем в орду. Мириам, приготовься.

– Я готова, любимый.

– Мой план лучше. Я похищаю Всемогущего, мы его исследуем, потом отпускаем.

– Ты похищаешь Всемогущего из орды, и вся орда гонится за нами. Или ты не похищаешь Всемогущего и умираешь долгой, мучительной смертью, а вся орда любуется, как из тебя тянут жилы. Если боишься за Дору, мы отправим ее завтра наверх.

– А ты хочешь подложить свою жену под этого ублюдка!

– КРИС!!!

– Извини, Мириам. Это не мое дело.

– Да, это не твое дело. Если ты так настроен, завтра лучше оставайся здесь. Иначе сорвешь нам контакт.

– Не горячись. Мы же обсуждаем. Завтра будем действовать заодно, что бы ни решили.

– Прости, Крис. Мне самой не нравится то, что завтра предстоит сделать. Дора, ты поедешь?

– Да. Вы без меня не справитесь, вы не умеете торговать. Не знаете, как с ним надо говорить. И еще я сама хочу потолковать с этим Всемогущим.

– Только без оружия, – Греб строго посмотрел в глаза девушке.

– Да. Завтра – без оружия, – согласилась Дора.

– Мириам, скажи, может один воин изменить весь мир?

– Всемогущий, например.

– Нет, – Дора даже ладошками замахала. – Крис говорит, что он ошибка природы. Я спрашиваю про обычного воина. Вроде Рэя.

– Обычный не может, – улыбнулась Мириам. – Это должен быть выдающийся умом воин. Вроде твоего Мрака, когда он еще человеком был.

– Он был великим воином?

– Ему на Сэконде было бы самое место. Он четыре сотни человек в нуль отправил. Для него человека убить – что для тебя лошака оседлать.

– Ты видела, как он сражается?

– Я видела, как дракон Мрак разделался с убийцами, послаными убить меня и Греба. Для него это было вроде детской игры. Развлечение на полчаса. Он их даже не убивал. Он подстроил так, что они сами убили друг друга. Как пешки в его игре. Он их за людей не считал!

– Но ты сказала, он тебя защищал.

– Да, он защищал меня.

– Он – великий, непобедимый воин!..

– Ложись спать. Ничего ты не поняла.

Во сне старый кэптэн ласково разговаривал с ней голосом Криса, спрашивал, готова ли она идти выбранным путем. А Дора не знала. Она понимала, что это сон, хотела проснуться и, вроде бы, даже просыпалась, но оказывалось, что все еще спит, опять пыталась проснуться, и так раз за разом. Ее разбудил Крис. Она сжимала его руку и бормотала: «Не знаю, не знаю, не знаю!»

Дора посмотрела на звезды, прислушалась к ветру. Завтрашний день обещал быть тихим и теплым. Крис уже снова спал. Греб о чем-то тихо беседовал с Мириам. Дора не удержалась, открыла медальон, настроила на минимальную громкость и прижала к уху.