Почему-то Дора ощутила острый укол ревности, когда Рэй положил одну из девушек с собой. Поморщившись, она решила обсудить с Гребом судьбу Каравана.

– …спасти караван. Это ее долг караванщицы, – услышала, подходя, голос Мириам.

– Мы не должны вмешиваться. Это не наше время.

– Так ей и объясни.

– Думаешь, поймет?

– Конечно, нет. Ведь это как раз ее время.

– Смерть дракона! После гибели Тавии Крис просто тронулся на своем гуманизме. Нельзя было рабыне давать свободу. Никак нельзя. У нее идея-фикс – караваны!

– А тебе не кажется, что она самая нормальная из нашей компании? Меня уже несколько дней мучает ее гипотеза.

– У Доры – гипотеза?

– Да, что мы посланцы Черной Птицы. Подумай сам – главарь мафии…

– …отстраненный драконом от дел.

– Бывший главарь мафии, бывший киллер, жена которого утопилась, узнав, кто он по профессии и кибер-андроид – хороша компания? – по приказу дракона, бывшего беглого каторжника, отправились в прошлое, чтобы облагодетельствовать человечество. Причем, без его, человечества, ведома. Тебе не кажется, что любое дело, задуманное таким коллективом, немного… воняет?

– Бедная ты моя…

– Подожди, дорогой, теперь чуть-чуть смешного. Местная наивная девчонка, которая изо всех силенок старается жить по справедливости, попадает в эту странную компанию. А попав, принимает мужчин чуть ли не за ангелов небесных. Наверно, по контрасту с местными. Так, не разрушай ее иллюзии. Сыграй ангела.

– Но не могу я крутиться с этим караваном вокруг орды. Его тысяча человек видела. А что с рабынями солдаты сделают? Те, которые полгода бабы не знали?

– Греб, я не требую от тебя ответа. Подумай. Время пока есть.

Дора на цыпочках ушла в темноту, села на одеяло, обхватив колени руками. Греб ничего не имеет против каравана, но завтра прикажет его бросить. Такова жизнь. На советах караванщиков она часто видела, как кто-то яростно возражал против решения кэптэна, но на следующий день отстаивал его перед простыми караванщиками, будто это его идея. Такова жизнь… И просить бесполезно. За нее просила Мириам, а ее слово для Греба значит намного больше. Выходит, надо что-то придумать самой. До утра. Зверюшки лесные, что же тут придумаешь?

Подошел Крис, присел рядом, обнял.

– Я не наивная девчонка, – пожаловалась ему Дора.

– А кто говорит, что наивная?

– Мири.

– А-а. Она не права. Ты почемучка и маленький вулкан. Ложись спать, замерзнешь так.

Дора юркнула под одеяло.

– Кто такие ангелы?

– Ангелы – это летающие люди. С большими белыми крыльями. Вроде вашей белой птицы. По идее, должны добро творить.

– Люди с крыльями?! – поразилась Дора. – Вы, серьезные люди, верите в такую чепуху?

Утром Греб ни слова не сказал о караване. Пришлось Доре первой начинать разговор.

– А ты как сама думаешь? – спросил он.

– У Телима лошаков мало. Этих бы ему… Телим в Сэт идет. Они бы догнали, пока Телим в Сэте торгует. Но рабыни одни, без охраны не дойдут. Перехватит по дороге любой воин, продаст, богатым станет.

– Значит, проблема в охране. Караванщики нанимают воинов для охраны?

– Конечно.

– Если мы воинов наймем, они твоих рабынь не присвоят?

– Всякое бывает, но если охранник караван ограбит, его все кэптэны искать будут. А найдут – живого в землю зароют.

– Попробуем нанять охранников в ближайшем форте.

На такую удачу Дора даже не рассчитывала. Оставалось уладить некоторые формальности. Она построила рабынь.

– Я – кэптэн Дора. С этого дня вы – мои рабыни. Сейчас мы идем в форт и нанимаем воинов для охраны каравана. Потом вы идете в Сэт и присоединяетесь к моему каравану. Сейчас караван ведет кэптэн Телим. Второго такого каравана вы во всем мире не найдете. Там вас встретят как родных. Что такое плетка, навсегда забудете. Все ясно?

– Госпожа, не обижайся, но мой хозяин – кэптэн Никита, – вышла вперед одна рабыня.

– Кэптэн Никита зарыл вас в землю. Отказался от вас.

– Мой хозяин – кэптэн Никита, – упрямо повторила рабыня.

Дора задумалась. Наказывать за преданность нельзя.

– Как звать?

– Мудра, госпожа.

– Драться умеешь?

– Да, госпожа. На ножах, дубинках, как угодно.

– Откуда ты, такая упрямая, на мою голову? – Дора уже вырубала мечом из молодых березок две дубинки. На плечо легла ладонь Мириам.