Шрифт:
На какое-то время воцарилось молчание.
— Я ни секунды не сомневаюсь, что капитан Полдарк не примет от меня денег.
— Хм, нет же, это возможно. Вы его друг, не так ли? Но женщина. Я понимаю, в чем суть.
Кэролайн встала. Она была ростом с банкира, а изящная фигура создавала впечатление еще большего роста. Не глядя на Паско, девушка аккуратно сложила перчатки. Но по выражению её лица он мог догадаться о её мыслях.
— Хорошо, благодарю вас за то, что приняли меня. Обращусь куда-нибудь еще. Могу я надеяться, что вы никому не расскажете о моём визите?
— Не расскажу. Но не нужно такой п-поспешности. Думаю, у меня есть предложение, с помощью которого мы можем преодолеть эти трудности.
— Правда?
— Прошу, присядьте. Дайте мне пару секунд всё обдумать.
Кэролайн опустилась на стул. Прищурив обрамленные длинными ресницами глаза, она наблюдала, как мистер Паско открывает табакерку. Теперь девышка терпеливо ждала, когда он озвучит своё предложение.
Глава пятая
Лобб из Шерборна ночевал поблизости, поэтому письмо настигло Росса, когда тот только выходил из дома на шахту. Росс сломал печать и прочитал сообщение Харриса Паско, не будучи полностью уверенным, что косые декабрьские солнечные лучи не искажают каким-то образом слова. Прочитав послание дважды и получив одинаковый результат, Росс обежал вокруг конюшни и стал седлать Брюнетку, но тут Гимлетт услышал шум, бросил свои занятия и вошел в конюшню.
— Могу я вам помочь, сэр?
— Нет, я сам. Гимлетт, где твоя хозяйка?
— Убежала за Гарриком, тот за дворовой кошкой погнался.
— Скажешь ей, что меня вызвали в Труро по делу? Надеюсь вернуться к вечернему чаепитию.
— Хорошо, сэр.
Еще до одиннадцати Росс спешился около банка господ Паско, Тресайза, Эннери и Спрая, набросил поводья на коновязь, открыл двери банка и решительно шагнул внутрь. Харрис Паско оказался не занят и не удивился, увидев посетителя, хотя реакция на письмо последовала на несколько часов раньше, чем он ожидал. Когда Росс вошел, Паско изучающе посмотрел на выражение его лица.
Росс сел, скрестил длинные ноги и почесал пальцем верхнюю губу.
— Добрый день, Харрис.
— Добрый день. Вы сегодня самый ранний посетитель.
— Я бы хотел еще раньше. Это письмо... — Росс вытащил его из кармана.
— О, да. Вы получили его в целости и сохранности. Полагаю, содержание оказалось для вас сюрпризом?
— Сюрприз — это не то слово.
Банкир усмехнулся, глядя в свои учетные книги.
— Разумеется, я счастлив посылать подобные известия.
— А уж как я был счастлив их получить! И каково же объяснение?
— Все объяснения в письме.
— Но они меня не удовлетворяют. Я уже полтора месяца отчаянно пытаюсь раздобыть денег и уже почти разочаровался, как вдруг они появляются сами. Кто же этот аноним, который внезапно пришел, как вы говорите, мне на помощь и предоставил деньги в моё распоряжение?
— У меня нет права назвать имя.
— Это вы?
Паско поднял взгляд и встретился с взволнованным взглядом своего визави.
— Нет? Это какой-то мой друг, я с ним знаком?
— Не могу сказать.
— Если я не знаю ничего более, как же могу принять деньги? На каких условиях мне их ссудили?
— Всё изложено в п-письме. Новый вексель на тех же условиях, как и старый, но с пониженной процентной ставкой.
— И кому же я обязуюсь платить?
— Эта часть оставлена пустой. В любом случае, вексель не покинет моего банка, пока вы не обанкротитесь.
Росс встал, опершись кончиками пальцев на огромный письменный стол.
— Это ужасно, Харрис, действительно ужасно. Или вы обманули какого-то бедолагу, заставив его поверить, что мои дела лучше, чем на самом деле?
— Нет.
— Значит, это друг. Проклятье, я все еще подозреваю вас. Не могу поверить... — Росс запнулся и запустил руку в шевелюру.
— Я бы рад предоставить вам кредит, но как банкир не могу ссужать деньги... Если бы я мог, то сделал бы это еще несколько недель назад, избавив вас от беспокойства.
— Но я и в самом деле не могу принять эти деньги вслепую, это уж слишком.
— Почему же? — вежливо поинтересовался Паско.
Росс уселся на стул, тот же самый, что занимала Кэролайн пять дней назад, взял хлыст и покрутил его худыми пальцами. За последние годы его финансы часто напоминали человека, лишенного воздуха, задыхающегося, но на краю смерти все же делающего вдох. Но никогда прежде он не был так близко к краху, как в декабре этого года. Даже сейчас он чувствовал лишь слабое облегчение. Он никак не мог поверить в случившееся и посмотрел на сидящего напротив человека. Паско собирался чихнуть, но этот взгляд остановил его, и банкир довольствовался тем, что просто понюхал табак.