Раньше

Члены «Юности» ко всему прочему были очень шумным народом, ни секунды не обходившимся без криков. Вначале голова раскалывалась, но за пару дней Инис привыкла и не реагировала, даже когда кто-то вопил прямо над головой. Что поделать, придикаты оказались расой весьма темпераментной и моментально выходили из себя. Правда, и успокаивались так же быстро, всего-то через секунд тридцать беспрерывного ора.

Первый выбор комиссии был утверждён и теперь к работе приступили счётчики.

– Что ты сказал? – Инис придвинулась к Нагрразу ближе, так приходилось делать каждый раз, когда она задавала вопрос и хотела не просто смотреть, как шевелятся толстые чёрные губы напарника, а и слышать ответ.

– Говорю, эти запчасти – от электрических каров.

Придикат сунул ей под нос очередную картинку – странная, скрученная в узел штуковина ярко-синего цвета, украшенная сияющими белыми камнями.

– От машин?! А как тогда вышло, что они стали элементами декора?

– Не знаю. Но если в твоей комнате нет поприков – ты лох.

– Ясно.

Инис вздохнула, рассматривая фотографии «поприков». Мало того, что форма неудачная, в смысле, для транспортировки, так еще и вес у них немалый. Каждая штуковина весила ого-го сколько и была настолько кривой, что запаковать её с максимальной пользой можно только ценой титанических усилий, что подразумевало долгую работу по вычислению.

Инис вздохнула. Как-то не вдохновлял сам факт перевозки таких бестолковых предметов. Ладно – образцы искусства, но эти штуковины…

– А нельзя… взять схемы, а образец оставить? Всё равно кары будут существовать на новом месте, наделаете новых поприков, ещё лучше прежних.

– Ты что! – Нагрраз усмехнулся. – Тогда уж всю эту затею с Юностью можно сворачивать! Толку он неё? Или поприки улетают с нами – или всё бессмысленно!

– Ладно, ладно, я поняла.

– И это радуйся еще, что хомирисы сами своё пространство распределяют… вот в их ценностях вообще чёрт ногу сломит, причём вначале первую, а потом сразу вторую. Паутинки, веточки… И каждая хрень дороже золота.

– Кто? – Инис встревожилась, словно в воздухе появилась какая-то другая, непривычная нота – то ли аромат, то ли звук. И это нечто неуловимое приковало её внимание целиком и полностью.

Какая такая нота? Откуда? Кондиционеры были стандартными и посторонних примесей не допускали, а вопли окружающих качественно заглушали все остальные звуки.

Но всё же.

– Ну, хомирисы, - Нагрраз улыбнулся ещё шире. – Вторая разумная, как бы то там ни было, раса Скайтайсера.

Назвать текущее состояние Инис удивлением язык не поворачивался. Ближе к шоку.

– Ты не знаешь, что ли? Я думал, всем вашим рассказали.

– Веришь, ума не приложу, почему на многочисленных собраниях никто не упомянул о такой мелочи, как вторая разумная раса.

Придикат пожал огромными плечищами, на которых со скрипом шевельнулись ярко-фиолетовые эполеты, нашитые на его изумрудную жилетку.

– Может, потому что мы сами о них позаботились и ваша помощь нам не нужна.

– Да я не против… Заботьтесь о хомирисах сами, кто спорит. Только всё равно как-то странно, что не сказали.

Нагрраз повторно пожал плечами и вернулся к перебиранию изображений разноцветных поприков.

Синяя штуковина на фото выпячивала блестящие искусственные камни, являя собой образец безвкусицы. Конечно, только в человеческом понимании, для придикатов это было нечто привлекательное и красочное.

– Давай объём высчитаю, - пробормотал Нагрраз.

– Зачем? Не проще взять заводские данные?
– машинально ответила Инис.

– Нет. Поприк модифицирован, не видишь разве? Камни сверкают.

– Извини, не подумала.

– Да ладно.

И придикат потянулся лапищами к карандашу и стал чиркать большие буквы и цифры – в силу физиологических особенностей маленькие значки им рисовать было крайне затруднительно.

– Нагрраз… А где ваши хомирисы? – спросила Инис, следя, как мохнатая лапа чертит уравнения.

– То есть?

– Можно их увидеть? Они… свободно передвигаются?

– Можно, конечно, - он даже не отвлёкся от расчётов. – Конечно, свободно, что за вопрос? Не в зоопарке же за решёткой сидят. Ты не переживай, они скоро явятся, тогда и увидишь. Удивляюсь, почему в округе пока ни одного не торчит, хомирисы жутко любопытны. Дикари, конечно, слегка недоразвитые, но вот любопытство у них в крови на первом месте.

– Недоразвитые?

– Они не от мира сего. Когда-то они были как мы, то есть, вначале были они, потом появились мы, они строили города и космические корабли, в общем, мало чем от вас отличались, а потом мы развились, а они одичали. Вот так. Сейчас они разумные, конечно, даже слабо сказано, но совсем не цивилизованные.