– Что надо? – раздался из-за двери грубый голос.

– Видеть хозяина этого прелестного домика, – ответил король.

– Приходите утром.

– Но я хочу его видеть сейчас.

В то же время он поднялся на несколько ступенек, ведших к двери. И тут же трое придворных приблизились, чтобы поддержать короля.

– Эй! – загудел мужчина с большими усами. – Если вы честные люди, убирайтесь немедленно. Если же вы пришли с дурными намерениями, это обойдется вам дорого! – И мужчина выхватил длинный кинжал, заняв защитную позицию.

– Повремени, Спадакаппа, – раздался звонкий голос. – Что вам угодно, господа?

Перед королем возник еще один мужчина.

– Э, черт возьми!.. Простите, месье шевалье де Рагастен… поздравляю вас с отличной охраной!

– Король! – пробормотал шевалье де Рагастен. – Назад, Спадакаппа… Но кто мог предугадать ту безмерную честь, которую вы оказали этому скромному жилищу…

Рагастен открыл дверь

– Спасибо, шевалье, – сказал король. – Но мне кажется, что я слышал разговор, когда открылась дверь… Не позволите ли вы, чтобы я на некоторое время стал частью вашего общества?

– Сир, – удивленно сказал Рагастен. Здесь нет другого общества, кроме госпожи принцессы Рагастен-Альмы и еще одной бедной девушки.

– Посчитал бы за честь быть представленным этим дамам, – улыбнулся король.

Средства избежать подобной чести не было. И Рагастен торопливо направился к двери комнаты, на которую король, со всей высоты своего величия, обратил свой пристальный взгляд.

Открывая дверь, Рагастен повернулся к королю.

– Может быть, Ваше Величество не желает быть узнанным? Как мне в таком случае назвать ваше имя?

– Объявите короля Франции, – просто сказал Франциск I.

Но шевалье не было нужды повиноваться столь странному предложению. Едва он открыл дверь, едва Франциск вошел в комнату, как юная девушка, находившаяся рядом с принцессой Беатриче, закричала:

– Король! Король!

Жилет произнесла эти слова голосом, полным ужаса, растерянно уставившись на Франциска I.

Король приветствовал обеих дам с той непринужденностью, какую умел обратить в дерзость или благосклонность в зависимости от своего желания. Беатриче поднялась и строго посмотрела на короля.

– Мадам, – сказал тот, не выдавая голосом реальное и глубокое чувство, которое он испытывал, – может ли извинить первого кавалера Франции за минутное нарушение спокойного отдыха, в коем вы пребывали. Я прогуливался с этими господами перед вашим домом и вдруг вспомнил, что здесь живет месье Рагастен. Я не мог не постучаться в дверь, чтобы сказать ему еще раз, как я его уважаю. Теперь я хочу добавить, что завидую его счастью связать свою судьбу со столь величественной и красивой дамой.

– Сир, – ответила Беатриче с достоинством, вызвавшим румянец на щеках короля, не так уж часто красневшего, – сир, это скорее чистая случайность, чем какая-то чрезвычайная необходимость, что король Франции прогуливался возле уединенного домика простого горожанина и вдруг узнал, что здесь остановился шевалье де Рагастен. Но каковы бы ни были истинные намерения Его Величества, мы приветствуем короля в этом жилище. Жилет, помоги мне предложить Его Величеству освежающий напиток, самый лучший, какой только можно…

Говоря это, Беатриче быстро схватила Жилет за руку и попыталась увлечь ее за собой. Но Франциск I уже поклонился девушке и сказал:

– Примите тысячу благодарностей, принцесса, за ваш вежливый прием. Прошу вас остаться. Мне надо сказать вам кое-что… не терпящее промедления.

Он повернулся к своим спутникам, остановившимся у дверей:

– Господа, извольте подождать меня.

– Спадакаппа, – обратился к своему слуге Рагастен, – займитесь нашими знатными гостями.

Шевалье подал знак, Спадакаппа в ответ понимающе моргнул: ему стало ясно, что за придворными надо наблюдать.

Королевские спутники проследовали за интендантом Рагастена в соседнюю комнату.

Тогда король повернулся к Беатриче и Рагастену.

– Садитесь, – сказал он. – Я ваш гость, и правилами этикета можно пренебречь.

– Сир! – поклонился Рагастен. – Ваше Величество затрудняет…

– Нет, нет… Просто хочу, чтобы каждый занял свое место. А поскольку госпожа принцесса, – добавил он со странной улыбкой, – хотела знать, что я искал в этом скромном жилище простого горожанина, я буду вести себя как буржуа.

Беатриче повиновалась королевскому желанию. Что же касается Жилет, то она скорее упала, чем села в кресло.

Один Рагастен остался стоять и отказался последовать лестному приглашению короля; тем самым он только свидетельствовал свое почтение, но еще и оставался более свободным в движениях при возможной необходимости быстрого вмешательства.

– Шевалье, – сказал король, – мы не забыли, что вы прибыли в Париж, чтобы отыскать здесь своего сына. И нам очень интересно узнать, насколько продвинулись ваши поиски. Успешны ли они?