Несмотря на все, и я действительно подразумеваю все, некая часть меня реагировала на знакомые раздражители, и мое сердце подпрыгнуло в тревоге и ожидании. Будто это было каким—то образом закодировано, как часть моей личности. И должно быть это не такая уж и неправда. Вечеринки Бена были такой же частью моей жизни как чирлидинг или уроки. Я ходила на них с седьмого класса, хотя раньше это были больше "семь минут в раю" и Спрайт, а сейчас это сексуальные домогательства и баллоны с пивом.

Я ждала их с равной степенью желания и страха. В смысле, эй, кто не любит вечеринки? Кроме того факта, что мне в течение пары часов приходилось быть начеку с тем, чтобы не разрушить легенду об идеальной жизни, сказав или сделав что-то не так, показав слабость, поговорив с кем—то, кого следует игнорировать, или выпить слишком много или слишком мало.

Вообще—то, я вообще не пила. Что только добавило сложностей, это не казалось нормальным. Это то, чего я не скрывала, но вопросов никто не задавал. Думая обо всем этом, я понимаю, как мало в моей жизни было чего—то реального.

Как бы то ни было, это выматывало.

А еще я вспомнила, как мы с Мисти смеялись на кухне над найденным чипсом в форме более—чем—щедрой иллюстрации мужской анатомии — тупой, глупый момент, но веселый — и недолгое чувство безопасности в окружении друзей и последователей, которые, как я думала, заботятся обо мне.

Хорошо, горький опыт научил меня, но не избавил меня от памяти — просто отравил ее желанием и ностальгией по времени, которого никогда не было.

— Ты должен покрутиться и поискать место для парковки, — сказала я, — Здесь до самого дома полно машин, и никто не собирается уезжать.

— У самого дома пусто, — высказался он, кивая головой на кирпичную дорожку. Здесь вполне могло поместиться три машины и могла бы втиснуться четвертая, а в конце дорожки был круговой выезд. Отец Бена торговал тачками, что я могу сказать...

— Ага, правила Бена. Чтобы вечеринка была менее заметной, — как будто соседи о ней заранее не знали. Думаю, его отец им приплачивал. Сколько для торгаша вроде него это было в тачковом эквиваленте?

Уилл прикусил губу и резко выкрутил руль вправо, заезжая на дорожку. Затем он проехал до самого 4-х местного гаража и дурацкого каменного фонтана в центре разворота.

— Да, это хорошо, — сказала я, — Весьма умно.

Он угрюмо пожал плечами. Уиллу не нравится Бен. Я не виню его, но сейчас у нас нет времени.

— Ты можешь сейчас не быть настолько парнем и сконцентрироваться? — я выпустила его руку — это заставило меня вздрогнуть и ощутить себя беспомощной — и отправилась к двери.

Уилл схватил меня за руку,

— Подожди. Куда это ты собралась?

— Эй. Кто—то должен убедиться, что Эрин действительно там до того, как мы войдем туда.

— Но если она тебя увидит...

Я вопросительно подняла брови.

— В отличие от десятков тех, кто действительно увидит тебя?

Уилл отпустил мою руку и откинулся на сидение.

— Просто... будь осторожна.

Он выглядел таким удрученным и взволнованным, что я не смогла устоят. Я отпустила дверь и скользнула на сидение. Я наклонилась к нему, одна рука на подлокотнике и другая на его двери. Я была всего в пару дюймов от его лица, когда сообразила что творю.

Он резко вздохнул, и у меня внутри разлилась теплота. Приятно знать, что я могу вызвать такую реакцию.

Я слегла коснулась его рта, сосредоточившись на деталях. Его знакомом запахе и мягкости его губ.

Уилл удивил меня, подавшись навстречу поцелую и подняв свою руку к моему затылку, чтобы прижать меня ближе. Его губы двигались решительно и, в этот самый момент, он как будто изливал все то, что не мог выразить словами, все сложности, которые мы не могли распутать, все свое разочарование и страх.

И все мысли вылетели из моей головы, окутанная его вкусом, ощущением его тепла в дюймах от меня, но я не могла прикоснуться к нему, не упав... и я очень, очень хотела этого. И прикосновения и падения.

Мои руки стали дрожать... Хотя, нет, я дрожала с головы до ног. Но мне было все равно. Здесь я хотела остаться навсегда.

Затем Эд кашлянул и пробормотал что—то во сне с заднего сидения, напугав нас обоих. Я забыла что он был там.

Я отстранилась от Уилла, дыхание сбилось и сердце колотилось, я медленно вернулась на свое сидение. Я поймала себя на том, что гадаю какого это быть Элли во время поцелуя. Поцелуй был жарким, но ощущался еще горячее, когда я была ею. Я вздрогнула.

Уилл с теплотой во взгляде наблюдал за моим отступлением, который говорил о том, что я была не единственной кто потерял счет времени, месту и обстоятельствам.