Первым делом он запихнул труп в один из мешков и затащил его в дальнюю келью. Потом он долго провозился с управлением климат-контроля, и добился лишь незначительного понижения температуры. Немного посвежело, но, главное, запах стал ослабевать. На полное его выветривание Фред и не рассчитывал.

Потом он, почувствовав голод, вскрыл пару консервов и с жадностью съел их, запив сей скудный ужин слабогазированной водой из любезно оставленной ему десятилитровой бутыли. Что ж, жить пока можно.

На улице, наверняка, уже стемнело, поэтому действовать придется только завтра утром. Сколько на этой планете длятся сутки, он не имел ни малейшего понятия, но делать было нечего. Только безумец отправится сейчас наружу решать свои вопросы …

Фреда быстро разморило, и он, зайдя в одну из клетушек, завалился на койку. И тем не менее, утешительного в его положении было мало. Если он не найдет Личный Портал или не сможет починить Грузовой… Отбросив эти предательские, капитулянтские мысли, Фред закрыл глаза, и скоро мирно посапывал, шевеля во сне растрескавшимися губами…

Он беспробудно проспал почти двенадцать часов, без снов и треволнений. Голова была чугунная, мысли путались, и поначалу, продрав глаза, Фред даже не мог сообразить, где же он находится. Вспомнив все обстоятельства, он помрачнел, но, будучи от природы веселым и неунывающим человеком, отбросил ненужные страхи. Температура в келье за ночь упала до двадцати пяти градусов, но запах остался, хотя и несильный. Такой выветрится очень даже нескоро…

Фред плотно перекусил, и задумался о своей экипировке. Несомненно, острый кинжал — это хорошо. Но против того трехметрового монстра он не более чем иголка, досадный комариный укус. Все бластеры разряжены, а зарядного устройства, как Фред не искал, в подвале не обнаружилось. Придется полагаться только на удачу. Кроме этого, одежда. На Фреде был ярко-оранжевый, люминесцирующий комбинезон летнего образца. Хуже в данной ситуации и не выдумаешь. Можно было бы, конечно, снять с полуразложившегося трупа униформу, но… Фред с отвращением отбросил эту неудачную идею. Остается надеяться, что он обнаружит какой-нибудь ватник там, в вагончиках. Неужели они не ждали прихода зимы?! Или нынешнее похолодание неожиданное, «внеплановое»? Но у них все равно них должны были быть запасы одежды! Секта сектой, но организация колонии у всех, кажется, однотипная. Впрочем, вопросов было столько, что и Комиссии по делам колоний не сразу разобраться!

Засунув в карман несколько баночек консервов, он закинул на плечо один из бластеров, надеясь, что где-нибудь для него отыщется зарядное устройство, и, прихватив прут, вышел на поверхность. Уже было светло, причем из прорех в серой облачности проглядывало маленькое местное солнце, ярко освещая своими желтыми лучами раскинувшийся вокруг лагеря безрадостный инопланетный пейзаж. За ночь насыпало немного снега, сантиметров семь-восемь, но никаких следов рядом со зданием Грузового Портала не наблюдалось, и настроение у Фреда сразу подскочило.

К несчастью, похолодало — температура упала до минус пяти. Фред, нахохлившись, засеменил к приземистому одноэтажному строению на противоположной стороне стройплощадки. Если он не найдет теплую одежду или, лучше, действующий Портал, то положение его станет и вовсе незавидным…

Он с трудом приоткрыл тонкую дверь и ввалился внутрь конторы, в которой оказалось три просторных комнаты. Одна представляла собой что-то вроде столовой, в другой находились восемь коек, и царила та же аскетичность, что и в подвале Грузового Портала. Третья комната была, по-видимому, «кабинетом шефа». Личного Портала здесь, к несчастью, не построили, а вид мощного бородача, восседающего за столом, которому кто-то снес половину черепа, Фреда совсем не удивил. Планета Смерти, что с нее взять… Зато некий «Патрик Бергман», как было написано на его груди, был одет в теплую дубленку светло-желтого цвета, ватники и теплые унты.

— Извини, брат… — Фред торопливо принялся стягивать с него дубленку. — Я понимаю, тебе хреново, но мне, живому, как-то это все нужнее будет…

Все оказалось на два размера больше, но Фреда это обстоятельство особо не смущало. Было бы намного хуже, если бы Бергман оказался карликом. По счастью, когда незадачливому прорабу, или кто он тут у них был, прострелили бластером голову, его шапка-ушанка находилась рядом с ним на столе, и поэтому нисколько не пострадала. Весьма довольный этим, Фред напялил ее и критически оглядел себя в большом настенном зеркале.

— Вот теперь повоюем, — хмыкнул он.

Фред тут же быстро согрелся — Бергман знал толк в холодах. Он обшарил все карманы, нашел грязный носовой платок, несколько галет, кривой нож с прозрачной пластиковой рукоятью и записную книжку. Однако прочитать ее многочисленные записи не удалось, так как они были зашифрованы ровными столбцами странных кривулек. Значит, эти сведения представляли определенную ценность! А в них, возможно, и ответы на все эти многочисленные вопросы.

— Ничего, — пробормотал Фред, — на досуге мой компьютер без труда расшифрует тебя …

Он снова прошелся по конторе, надеясь найти что-нибудь еще, могущее пролить свет на произошедшие в колонии трагические события, но, по-видимому, по какой-то пока непонятной причине большинство ее членов в спешке бежали, перебив неугодных и прихватив с собой все, что возможно. Впрочем, это не его дело. Пусть с этим разбирается полиция. Его задача — побыстрее убраться отсюда. Вот Бруннель разозлится! Старый пень! Фред злорадно прыснул. А что, у него имеется очень даже уважительная причина… Если, конечно, останется в живых…