Грохот выстрелов, визг и дикий ор позади, резкие запахи пороха и крови. Все привычно и знакомо. Результат тоже не стал чем-то выдающимся. Когда Енот наконец-то выглянул из-за своего укрытия, то все уже закончилось. По склону холма спускались довольно склабящийся Мусорщик и бережно несущий своего металлического друга Толстый. На небольшом пятачке у самого края тракта валялись, разорванные почти прямыми попаданиями остатки стаи, уничтожавшей караваны и путников одиночек. Из-за прикрытий, по одному, все еще держа на мушке пару дергающихся и издыхающих чудищ, выходили остальные отрядные. Енот отряхнул рукава, полностью заляпанные густой зеленью от травы, содранной в падении. Начал было выбивать пыль из куртки и брюк, но понял, что бесполезно. Поправил бедренную кобуру и пошел смотреть — что случилось с мотоциклом.

Машина валялась метрах в двадцати от места, где Еноту пришлось прятаться. Наполовину скрытая из вида навалившейся сверху тушей одного из зверей, покрытая грязью и спекшейся кровью. Енот ругнулся про себя, вцепился в толстые, как оказалось, кожаные крылья, потянул труп к себе. На удивление тварь оказалось не такой уж и легкой, какой виделась со стороны. Как ей удавалось не только носиться, будто ужаленной черными шершнями, но еще планировать, было совершенно непонятно. Да это и не его, Енота, дело. Будет, кому заняться подобными вопросами. Пришлось напрячься, но сероватая туша, покрытая короткой шерстью, ударилась, наконец, о землю.

— Чтоб тебя перевернуло и трахнуло… — присвистнул Енот, глядя на полностью заляпанное кровью и содержимым внутренностей седло.

— А вот это вряд ли, малыш. — За спиной гоготнули. Он покосился, хотя и так понимал, кого увидит. — Если только ты ее сам не перевернешь и прочее….

— Смешно тебе, Мусорщик… — Енот еще раз тоскливо окинул взглядом кроваво-мясной натюрморт пред глазами. — А мне теперь всю эту дрянь оттирать.

— Вот балбес. — На плечо опустилась тяжеленная рука. Толстый еще и похлопал, заставив Енота и охнуть вдобавок. — Живой остался, так и хорошо. Отмоешь, в первой что ли?

Задерживаться рядом с ним парни не стали. Медленно и вальяжно прошествовали в сторону укрытых в низине машин отряда. Зато вместо них рядом с Енотом выросла строгая фигура командира боевой группы. Мерлин с неодобрением окинул его взглядом, не выражающим ничего хорошего, с ног до головы:

— Ну, боец, и что это было? — Скрипящий металлом по стеклу голос чистильщика в такие моменты становился чрезвычайно неприятным.

— Что именно? — Енот непонимающе уставился на него.

— Ты где таким трюкам обучился, Енотище? — Мерлин пожал плечами. — Расслабился? Ты даже труп предварительно не упокоил, мало ли. Изобразил из себя святого Мэдмакса, отбивающегося от мегалокефалов, и контрольный звонок в голову забыл сделать. Тебя кто научил так хреново рулить этой смесью из велосипеда и швейной машинки? И промахиваться с расстояния в пяток метров, а?

— Мерлин, ты чего?

— Чего я? — Командир группы обошел столбом стоящего Енота, остановился. Покачался на каблуках, заведя руки за спину, и продолжил. — Мы ведь рано начали стрелять, Енот, понимаешь? Ты не вытянул даже до контрольной отметки, представь себе. А если бы прибор Инженера не сработал, и твари взялись бы за тебя там, на холме, наверху? Скажи спасибо Кримхильде, ее выстрел тебя и спас. Что с тобой, Енот, ты устал, парень?

— Мерлин…

— Мерлин, Мерлин… да я черт его знает сколько Мерлин. Ты же ветеран, малыш, почти как Фрост там… Как ты мог так глупо и безответственно себя повести, не скажешь? Машина была в порядке, подвеска, руль?

— Все в порядке. — Енот начал закипать. Он понимал, что старший прав, что в чем-то ошибся, хотя не признался в этом и самому себе. Но не мог успокоиться и продолжал злиться.

— Хорошо, значит Ган не причем. — Мерлин закинул автомат на плечо. — Поступим так… Тебя, на какое-то время придется освободить от операций. Не вскидывайся, Енот, не стоит. Официальный рапорт Тундре я напишу, пусть он и решает.

Старший группы замолчал, глядя на валяющееся под их ногами тело. Енот ничего не ответил, замерев и не веря ушам.

— Ты такой не один, поверь мне. — Мерлин снова начал говорить, кривя узкие жесткие губы. Шрам, начинающийся от глаза и теряющийся только под костюмом, извивался как змея. — Все устали, без отдыха скоро как полгода. Енот, ты не бери близко к сердцу. Рисковать тобой, не говоря про молодняк, мы себе не можем позволить. Тебе просто надо отдохнуть, вот и все. Добраться бы до Базы [2] …

Он резко прервал монолог, развернулся и пошел к высокой и худой фигуре, появившейся на залитом кровью пятачке. Инженер, его новые помощники, Скат и Змей, уже подоспели к таким необходимым экземплярам существ. Судя по расстроенному лицу Инженера, Мерлина сейчас ожидало не много не мало, а рассуждение о неумении группы хорошо стрелять, из-за которого у него нет ни одного нормального тела. Впрочем, Еноту было уже все равно на ворчание недовольного командира научного сектора. Он с натугой поднял мотоцикл и покатил его в сторону лагеря. А что еще оставалось?

— Что скажешь, Инженер? — Кэп хлебнул густо пахнущую мятой и душицей жидкость из кружки. — Есть интересное?

Тот задумчиво посмотрел на пальцы правой руки. Видимо ничего не нашел и посмотрел на левую. Постучал по столу карандашом и пододвинул к командиру несколько скрепленных друг с другом бланков на желтой, плотной бумаге. Ничего не сказал, лишь кивнул в их сторону и вопросительно изогнул одну бровь.

В небольшом отсеке командирского механического чудовища было тесно. Кроме самого Капитана, сидевшего на откидной койке и Инженера, занявшего стул, здесь же находились Тундра и Мерлин. Тундра, поставил трость в угол и решил не стоять, бесцеремонно подвинув Кэпа. Мерлин же остался подпирать косяк овальной двери, хмурясь и не ожидая ничего хорошего от разговора.