— Запаял? — кивнул я Николаю, — Давай, испытаем.

— Давайте…

Компьютер заскрипел загружаясь. На мониторе вылезли мягкие окошки виндоус.

— Коля, я вижу, ты что-то сказать хочешь и мнёшься который день. Говори что хотел?

— Да не пойму я, почему вы от денег отказываетесь… Понятно, что прямых затрат не несёте, но это ваше рабочее время, за которое можно сделать что-то приносящее прибыль, а вы его тратите на то, что прибыли не приносит.

Да, уж… — подумал я — В жизни бы не догадался, что Коля мыслит в таком ракурсе. Вот, что его оказывается тяготит. Иными словами и другим текстом, Николай намекает, что пашет он как раб на галерах, а я типа на нём наживаюсь, дурака валяю в рабочее время.

— Во-первых, я как ты подметил не несу материальных затрат на своё занятие, а во-вторых, прибыль это приносит. Просто беру деньги не со всех. А лишь с тех, кто их может дать без особого ущерба для себя. И просто по-человечески помогать людям каждый нормальный человек в этом сволочном мире — просто обязан! — выдавил я, чувствуя накипающую злость.

— А в-третьих, именно потому, что я увлекся этим неприбыльным занятием, я взял на работу программиста, которому честно плачу зарплату. Ещё вопросы есть?

Вопросов не было. Только вот задел меня Николай. Вроде понимаю, что я правду сказал, но ощущение горечи во рту, словно Колина правда — ложка дёгтя в бочке мёда.

Утро началось с нежданного визита. Вошёл посетитель и стал уговаривать Колю купить ноутбук, по дешевке совсем, а ноут мол новый, дорогой, хороший. Я тем временем пил чай на кухне и посетителя не видел, но по голосу понял, кто это и что за ноут он предлагает Коле. Коля жался и отнекивался, мекал и бекал. Поставив кружку с чаем на стол, я вышел к клиенту, из боязни как бы Колька глупость не сделал. Вышел в офис и подозрения мои подтвердились. Голос принадлежал человеку сидевшему и ноут как пить дать краденный. Вот не знаю, не могу описать, выделить те черты, что отличают сидевшего от не сидевшего, но печать тюрьма оставляет. И хоть татуировок на руках не видно и одет клиент чистенько, но манеры, слова, постановка слов в предложении, буквально всё говорило о его недавнем прошлом. Можете мне поверить, даже если бы он слова не проронил, а молча стоял у стеночки среди десятка других людей — точно бы указал на него — сиделец.

— О! Земеля! Ты тут главный! — обрадовался посетитель моему появлению, — Посмотри машинку, говорю новая совсем! А мне капуста позарез нужна, возьми за недорого?

— Извини земляк, у меня лишних бабок нет, ноутбуки покупать. За свою цену его не продашь, и у меня покупателя сразу не будет. Будет лежать, пылится. Оно мне надо? Без обид. Не могу взять, — бодрым тоном отозвался я. С клиентом нужно говорить на его языке.

— Не обижайся только ладно? — кивнул головой я, смотря в лицо посетителя. При слове обижаешься, по лицу его словно судорога прошлась, но он сдержался, чтобы не сказать, что с обиженными делают, и наиграно и почти весело ответил:

— Какой базар? Ну, нет, так нет. Хозяин-барин.

На том и раскланялись. А когда он вышел, я сказал Коле, что если кто придёт, и будет спрашивать, никто ноутбука нам не приносил, не было такого и всё. И чтобы Колька никогда и ни на каких выгодных условиях такие вещи у незнакомых людей не покупал. Настоящий хозяин найдется — останешься и без ноутбука и без денег, а потом ещё и менты затаскают. А чуть позже, после обеда выяснилось, что Николая я предупредил вовремя. Зашел участковый и начал нас пытать, не приносил ли кто чего? Тут по соседству квартирная кража утром произошла, вынесли технику, меха, золото, в общем то, что не много весит, но ценность представляет. Мы хором отнекались, и участковый ушел недовольный. А вот вечером, когда я закрыл офис и собрался домой, проходя мимо кленов свесивших свои ветки почти до асфальта у видел живописную троицу, расположившуюся в тени деревьев. Меня ждут, ёкнуло сердце, и было право.

— Слышь, братан, иди сюда, разговор есть. Да ты не боись… Поговорить надо…

Я подошёл, ощущая себя тупым бараном, ведомым на заклание. Но трусом по моему мнению тоже быть стыдно и делать ноги неприлично как-то. К моему удивлению утрешнего клиента среди этих троих не было, но то, что он на меня навел, сомнений не возникало.

— О чем речь пацаны? — спросил я и потому как они ощерились, тут же понял свою ошибку.

— Пацаны мы для мамы с папой, а для тебя уважаемые люди.

— Да ладно Серый, не наезжай на человека, ты же видишь… он не при понятиях.

— Вот и хорошо, не при понятиях я, это точно подмечено — неожиданно сам для себя вспылил я, разозлившись на свою мимолетную трусость, — А что вы хотели знать и так скажу. Участковому ничего не говорил, не был у меня никто, и ничего не приносил. В ваши игры я не играю. И пугать меня не надо, боком вылезет. Тем более тут кое-кому не долго жить осталось.

Выпалил это всё, развернулся и пошёл. «Уважаемые люди» не сразу переварили, что я сказал, и уже вдогонку крикнули.

— Ты никак угрожать вздумал? А ну стой!

Потом в кустах произошла какая-то возня, видимо подельники успокаивали того самого Серого, что всё пытался со мной разобраться. Я шёл ровным шагом не медленно, но и не торопясь, зная, что вид убегающей добычи провоцирует хищника. Убегает, значит слабый. А сердце стучало в висках. Точно знал, Серый эту ночь не переживет. Картинка такая в голове всплыла. Неестественно лежащий труп в черном пятне. Сразу и не сообразил, что пятно это черное — растекшаяся под трупом кровь. Свои же Серого сегодня и порешат, подумалось мне. Собственно об этом эпизоде я через неделю уже позабыл, когда пришедший утром на работу Николай, сказал мне о том, что сантехники в подвале шестого дома обнаружили труп недельной давности.