– Ты помнишь первый раз, когда я тебя высек?
– спросил я.

Я точно знал, что она помнила. Весь этот сценарий был построен на основе того конкретного воспоминания. По крайней мере, я мог помочь Ливви с правильным его осуществлением.

– Да, Калеб, - несколько поспешно ответила она.

– Я тоже помню. Все могло сложиться по-другому.
– Заведя руку к передней части тела Ливви, я накрыл одну из ее грудей, и покрутив сосок между пальцами, продолжил, - Я бы показал тебе, своего рода, сострадание. Я понимал, что ты была напугана и потрясена, узнав, что я оказался твоим похитителем, а не героем, которого ты себе представляла.

Я потянул за сосок. В моих руках он стал маленьким и твердым.

– Ты не позволила мне быть добрым. Я бы кормил тебя, пока твоя голова покоилась на моих коленях. И предоставил столько ответов, сколько мог, дабы облегчить твое состояние. Ты бы могла отправиться в кровать без следов от моего ремня. Но ты мне противостояла. Ты бы не смогла победить, но ты продолжала мне противостоять.

– Я ненавидела тебя!
– воскликнула Ливви.

Эти слова застряли у нее в горле. Она закрыла свои глаза, и по ее щекам покатились слезы.

– Я не нуждалась в твоем гребаном сострадании.

Это признание было непросто слышать, но я понимал, что оно было правдой, и я его заслужил. Наклонившись вперед, я слизнул с щеки Ливви соленую слезу.

– Не расстраивайся, Котенок. Ты была вправе меня ненавидеть.

– Но я больше не ненавижу тебя, Калеб. Пожалуйста, верь мне. Я не ненавижу тебя.

Из ее глаз брызнуло еще больше слез. Я гладил Ливви по волосам, осыпая ее соленую щеку поцелуями.

– Знаю, зверушка. С тех пор мы прошли длинный путь. И вот теперь мы здесь. Но ты все еще просишь, чтобы я тебя наказал. Почему?

Я ударил ее еще несколько раз. С каждым громким шлепком, ее решимость крошилась на мелкие кусочки. Я давил на нее. Давил на себя. Я хотел донести до нее, что существовала только одна причина для того, чтобы к этому возвращаться. Ливви рыдала.

– Мне... мне это нравится.

– Да, - согласился я, поместив свою ладонь между ее ног и погладив ее влажные складочки.

– Нравится. Тогда почему ты до сих пор мне противостоишь?

– Это не умышленно!

Ее грудная клетка сотрясалась от силы рыданий.

– Думаю, умышленно. Думаю, по твоему мнению, я этого хочу, но ты ошибаешься, Котенок. Тебе не нужно меня провоцировать. Ты больше не моя пленница.

Я коснулся ее клитора. Кончики моих пальцев с легкостью скользили по ее гладкой киске. Я шлепнул Ливви стеком по другому бедру, она вскрикнула, но быстро успокоилась.

– Мне жаль, Калеб. Молю, прости меня.

Мольбы... Я всегда поддаюсь им, когда это удовлетворяет мои собственные желания.

– Ты прощена. Больше так не поступай.

Ливви сделала несколько глубоких вдохов.

– Да, Калеб.

Она громко простонала, когда я укусил ее за плечо.

– Боже! То, что ты со мной делаешь...

Дыхание Ливви вырвалось из ее груди дрожащим потоком.

– Никто другой не дарит мне подобных ощущений. Раньше ты делал мне так больно. Но ты всегда меня утешал. Ты единственный, кто меня утешает. Я не хочу, чтобы это прекращалось.

– Другой - это кто, зверушка?

Отбросив стек, я положил ладонь на ее зад, продолжая выводить на ее клиторе дразнящие круги. Ливви обрела вкус к боли, но я знал, что лучшим способом разговорить ее, было как можно ближе подвести к оргазму.

– Все, - прошептала она.

Ее глаза были закрыты, но я все еще видел слезы, вытекающие из-под век. Ливви снова двигала бедрами, находя ритм, соответствующий моим ласкам.

– Ты заботишься обо мне. Никто не заботился обо мне так, как ты.

Мою грудь сдавило.

– Я буду заботиться о тебе и без этого.

– Я хочу этого. Раньше нет. Ты обо мне не заботился. Я была для тебя вещью. Но я знаю, что это уже неправда. Я доверяю тебе, Калеб. Доверяю видеть меня вот такой. Доверяю заботиться обо мне.

Бедра Ливви начали дрожать.

– Нет, зверушка. Тебе еще не разрешалось кончать.

– Пожалуйста, Калеб, - хныкнула она.

Я подавил смешок, - Любительница манипулировать, - и шлепнул ее своей голой рукой. Сильно. Кажется, это не произвело на нее никакого эффекта. Она пребывала в другой реальности.

– Училась у лучших, - произнесла Ливви.

Я увидел, как она расплылась в улыбке, затем попыталась ее скрыть.

– Не могла подождать каких-то пять минут, так? Теперь, боюсь, я не могу разрешить тебе кончить.