Поэтому еще до звонка Лисбет Блумквист знал, что она спасла Августу Бальдеру жизнь. Он понял, что они с мальчиком находятся в машине, водитель которой едва ли особенно расположен помогать им после того, как его самого обстреляли. Но главное, Микаэль видел пятна крови на тротуаре и мостовой, и хотя после разговора ему немного полегчало, он по-прежнему очень волновался. Голос Лисбет звучал обессиленно, но тем не менее – что его не слишком удивило – она твердо стояла на своем.

Невзирая на то, что Саландер, по всей видимости, ранена, она хотела спрятать мальчика сама, что, принимая во внимание ее прошлое, понять в общем-то можно; но следует ли ему и журналу оказывать ей в этом помощь? Как бы героически она ни поступила на Свеавэген, в строго юридическом понимании ее действия наверняка рассматриваются как похищение. Помочь в этом Микаэль ей не мог. Он уже и так погряз в проблемах со СМИ и прокурором.

Однако речь шла о Лисбет, и он ей пообещал. Конечно, черт возьми, он ей поможет, хотя Эрика взбесится, и один бог знает, что произойдет. Поэтому, вдохнув поглубже, Блумквист достал телефон. Но набрать номер он не успел – позади него раздался знакомый голос. Это был Ян Бублански. Комиссар спешил по тротуару в состоянии, явно близком к нервному срыву, а рядом с ним шли инспектор уголовной полиции Соня Мудиг и высокий, спортивного вида мужчина лет пятидесяти – очевидно, профессор, которого упоминала по телефону Лисбет.

– Где мальчик? – тяжело дыша, выпалил Бублански.

– Он исчез в северном направлении на большой красной машине «Вольво», его кто-то спас.

– Кто же?

– Я расскажу, что мне известно, – сказал Микаэль, не в силах с ходу сообразить, что именно следует рассказать. – Но сперва я должен позвонить.

– Нет, нет, сперва ты поговоришь с нами. Мы должны объявить их розыск…

– Поговорите вон с той женщиной. Ее зовут Ульрика Франсен. Она знает больше. Она видела, как все происходило, и даже может описать преступника. Я приехал только десять минут назад.

– А того, кто спас мальчика?

– Ту , что спасла мальчика. Ульрика Франсен может описать и ее тоже. А сейчас прошу меня простить…

– Как вообще получилось, что ты знал о том, что здесь что-то произойдет? – с неожиданной злостью прошипела Соня Мудиг. – По радио сообщили, что ты позвонил в колл-центр еще до того, как раздались выстрелы.

– Я получил наводку.

– От кого?

Микаэль снова сделал глубокий вдох и, мобилизовав всю свою мыслимую невозмутимость, посмотрел Соне прямо в глаза.

– Невзирая на то, какую мерзость сегодня пишут в газетах, я действительно хочу сотрудничать с вами всеми возможными способами и надеюсь, вы это понимаете.

– Я всегда доверяла тебе, Микаэль. Но, честно говоря, впервые начинаю сомневаться, – ответила Соня.

– О’кей, я отношусь к этому с пониманием. Но тогда вы тоже должны с пониманием относиться к тому, что я не доверяю вам . У вас существует серьезная утечка информации; надеюсь, вы это осознали? Иначе бы этого не произошло, – сказал он, указывая на труп Торкеля Линдена.

– Ты прав. Это слишком ужасно, – вставил Бублански.

– Ну, ладно, теперь мне надо позвонить, – проговорил Микаэль и отошел чуть подальше, чтобы беспрепятственно разговаривать.

Но он так и не позвонил. Он подумал, что пора начать относиться к вопросам безопасности серьезно, и поэтому сообщил Бублански и Мудиг, что ему, к сожалению, необходимо немедленно поехать в редакцию, но что, как только он им понадобится, он, естественно, будет в их распоряжении.

Соня, к собственному удивлению, схватила Микаэля под руку.

– Ты должен сперва рассказать нам, откуда узнал о том, что что-то произойдет, – сурово сказала она.

– Я вынужден, к сожалению, сослаться на право источника на защиту, – ответил Микаэль с вымученной улыбкой.

Затем он подозвал такси и поехал в редакцию, глубоко погруженный в размышления. Для более сложных IT-решений «Миллениум» уже некоторое время назад нанял консультационную фирму «Tech Source» – группу девушек, которые обычно быстро и эффективно помогали редакции. Но вмешивать их ему не хотелось. Не хотелось и подключать Кристера Мальма, хотя тот лучше всех в редакции разбирался в вопросах IT. Вместо этого Блумквист подумал про Андрея – он уже вовлечен в материал и, кроме того, невероятно ловко управляется с компьютерами. Микаэль решил спросить его, пообещав себе, что, если только им с Эрикой удастся выбраться из этой заварухи, он будет биться за то, чтобы взять парня в штат.

У Эрики утро выдалось кошмарным еще до выстрелов на Свеавэген – естественно, из-за проклятого сообщения Телеграфного агентства, которое в каком-то смысле явилось продолжением предыдущей травли Микаэля. На поверхность вновь вылезли все завистливые жалкие душонки и принялись изрыгать желчь в «Твиттере», по электронной почте и в комментариях в Интернете, причем на этот раз к ним подключился и расистский сброд – конечно, потому, что «Миллениум» уже несколько лет вел борьбу против любых форм ксенофобии и расизма.