Через двадцать пять минут в дверь номера Лисбет постучали. Она открыла, обмотавшись купальной простыней.

— Заходи, — пригласила она.

Он вошел и с подозрением огляделся.

— Кроме меня, тут никого нет, — сказала она.

— Сколько тебе лет?

Она протянула руку, взяла лежавший на комоде паспорт и протянула ему.

— Ты выглядишь моложе.

— Знаю, — ответила она, размотала купальную простыню и бросила ее на пол. Потом подошла к кровати и откинула покрывало.

Он посмотрел на ее татуировки. Она покосилась на него через плечо.

— Это не ловушка. Я одинокая девушка и провожу здесь несколько дней. Я не занималась сексом несколько месяцев.

— Почему ты выбрала именно меня?

— Потому что в баре только ты был вроде как в одиночестве.

— Я женат…

— А меня не интересует, кто она и даже кто ты. И у меня нет желания обсуждать вопросы общественной жизни. Я хочу трахаться. Раздевайся или отправляйся обратно к себе.

— Просто так?

— А почему бы и нет. Ты уже взрослый и знаешь, что от тебя ожидается.

Он с полминуты подумал. По его виду казалось, что он собирается уйти. Она села на край кровати и ждала. Он прикусил нижнюю губу, потом все же снял брюки и рубашку и засомневался относительно трусов.

— Все, — сказала Лисбет Саландер. — Я не намерена трахаться с кем-то, кто не снимает трусов. И обязательно надень презерватив. Я знаю, где была сама, но не знаю, где побывал ты.

Он стянул трусы, подошел к ней и положил руку ей на плечо. Когда он наклонился и поцеловал ее, Лисбет закрыла глаза. Его поцелуй был приятным на вкус. Она позволила ему опустить ее на кровать. Он оказался тяжелым.

Открыв дверь в свой офис в центре «Бьюкенен хаус» на пристани Куинсвей над лодочной станцией, адвокат Джереми Стюард Макмиллан почувствовал, что волосы у него на затылке поднимаются. Он ощутил запах табачного дыма и услышал, как скрипнул стул. Было около семи утра, и он первым делом подумал, что в офис забрался грабитель.

Потом с мини-кухни до него донесся запах кофе. Через несколько секунд он нерешительно переступил через порог, прошел через холл и заглянул в просторный и элегантно обставленный кабинет. В его офисном кресле, спиной к нему и положив ноги на подоконник, сидела Лисбет Саландер. Его рабочий компьютер был включен, и ей явно не составило проблемы преодолеть пароль. С той же легкостью она открыла его сейф. На коленях у нее лежала папка с его в высшей степени интимной корреспонденцией и бухгалтерскими документами.

— Доброе утро, фрёкен Саландер, — в конце концов сказал он.

— Мм, — ответила она. — Там есть свежезаваренный кофе и круассаны.

— Спасибо, — поблагодарил он, смиренно вздохнув.

Офис он, конечно, купил на ее деньги и по ее просьбе, но никак не ожидал, что она станет появляться без предупреждения, будто из воздуха. Кроме того, она нашла и явно просмотрела порнографический журнал для гомосексуалистов, который он прятал у себя в ящике стола.

Как неловко.

А может, и нет.

По опыту общения с Лисбет Саландер он знал, что она непримирима в отношении тех людей, которые ее раздражают, но даже бровью не поведет по поводу человеческих слабостей. Она знала, что официально он считается гетеросексуалом, но втайне увлекается мужчинами и после состоявшегося пятнадцать лет назад развода дает волю самым интимным фантазиям.

Как странно. С ней я чувствую себя уверенным.

Раз уж она все равно оказалась в Гибралтаре, Лисбет решила посетить адвоката Джереми Макмиллана, занимавшегося ее финансовыми делами. В последний раз она общалась с ним перед Новым годом и хотела узнать, не разорил ли он ее, пока она не могла за ним присматривать.

Но никакой спешки с этим не было, и отправилась она в Гибралтар прямо после освобождения отнюдь не поэтому. Ей просто безумно хотелось от всего отключиться, и Гибралтар прекрасно для этого подходил. Неделю она пьянствовала, потом еще несколько дней занималась сексом с немецким бизнесменом — в конце концов тот представился, назвавшись Дитером. Она сомневалось в том, что это его настоящее имя, но проводить расследование не стала. Целыми днями он сидел на разных совещаниях, а по вечерам они вместе ужинали и потом отправлялись к нему или к ней в номер.

Лисбет констатировала, что в постели он совсем недурен. Возможно, ему чуть-чуть не хватало опыта, и временами он проявлял излишнюю грубость.

Дитер, похоже, действительно изумился тому, что она, просто поддавшись импульсу, подцепила корпулентного немецкого бизнесмена, который вовсе не думал искать приключений. Он и вправду был женат и не имел привычки изменять жене или знакомиться с женщинами во время деловых поездок. Но когда ему преподнесли на блюдечке такую возможность в виде хрупкой девушки с татуировками, он не смог устоять перед искушением. Это он так говорил.