Эти опечаленные, зачастую озлобленные и отчаявшиеся женщины выражали мнение огромного количества их подруг по несчастью, психически, эмоционально и физически покалеченных теми самыми врачами, которых они считали своими сторонниками. Вряд ли я чем-то им помогу, но, возможно, в моих силах помочь другим женщинам избежать подобной судьбы. Вот почему я должен был написать эту книгу.

И последнее. Я назвал эту книгу «Мужская медицина» и говорю о медиках в мужском роде, потому что большинство американских врачей – мужчины. Тем не менее это не означает, что врачи-женщины лишены тех грехов, о которых я буду говорить. Конечно, им лучше удается общение с женщинами-пациентками, и они свободны от шовинистического мусора, привносимого мужчинами. Но женщины-врачи учились на тех же медицинских факультетах, что и мужчины-врачи. Им приходится использовать те же уловки и приемы, чтобы выдержать конкуренцию и выжить. Они находятся под влиянием того же нелепого и опасного вероучения. Следовательно, большинство из них, пройдя через «промывание мозгов» на медицинском факультете и в ординатуре, оказываются готовыми к тому, чтобы заниматься медициной так же, как если бы они были мужчинами.

Американская медицина пропитана мужским шовинизмом от дверей медицинского факультета до стола больничного морга. Несомненно, женоненавистничество является сердцевиной медицинских злоупотреблений, от которых страдают женщины. Это дополняется еще и тем, что женщины обращаются к врачам в 7 раз чаще, чем мужчины, – соответственно растут и риски.

Это утверждение может показаться противоречивым, если Современная Медицина убедила вас в том, что регулярные посещения врача являются жизненно важными остановками на пути к долгой и счастливой жизни. Поверьте, это не так. На двери медицинского кабинета хорошо бы повесить табличку с предупреждением от главного врача, что профилактический медосмотр опасен для здоровья. Почему? Потому что врачи не представляют себя в роли хранителей здоровья, так как мало что знают о том, как его обеспечить. Вместо этого они играют роль Дон-Кихотов нашего времени, сражаясь иногда с действительными, но чаще – с вымышленными болезнями. Уж лучше бы врачи бились с ветряными мельницами. Тогда от их упорного поиска несуществующих болезней, которые можно победить, не страдали бы люди.

В деле диагностики существующих – и несуществующих – заболеваний изобретательности Современной Медицины нет предела. Врачей учат искать, находить и лечить болезни, а не помогать пациенту поддерживать крепкое здоровье. Поэтому, когда вы входите в медицинский кабинет для обычного профилактического осмотра, ваше здоровье и хорошее самочувствие перестают иметь значение. Само ваше присутствие здесь, раздетого и беззащитного, является прямым предложением врачу объявить вас больным. К тому моменту, когда вы будете психологически травмированы его вопросами, ощупыванием, тычками и прочими процедурами, примете несколько лекарств, которые он выпишет из-за незначительных отклонений от нормы, вы ощутите столько побочных эффектов, что действительно станете больным.

Давайте построим гипотетический сюжет, чтобы понять, что же может произойти.

Мэри недавно вышла замуж. Она превосходно себя чувствует. Вот она забеременела и, как большинство женщин, убеждена, что и она сама, и ее ребенок будут более здоровыми, если она станет ежемесячно посещать акушера в течение беременности. Акушер тут же начинает относиться к ней так, как будто беременность – это болезнь, требующая серьезного медицинского вмешательства, а не радостное, абсолютно нормальное физиологическое явление. В конце концов, после серии необычных магических действий акушера, которые делают беременность настолько трудным, опасным и печальным процессом, насколько это возможно, врач – а не мать – выводит ребенка на свет. Посредством кесарева сечения, а как же иначе – ведь акушер уже опаздывает на партию в гольф.

Если ребенок Мэри выживет, несмотря на опасные лекарства и диеты, назначавшиеся матери во время беременности, невзирая на амниоцентез, анестезию, стимулированные роды и инфекции, пышно процветающие в детском отделении больницы, то счастливая мать заберет его домой. Если ей повезет, она сможет даже уйти домой именно со своим ребенком. Однако сделать это будет трудно, потому что ей практически не давали видеться с ним во время пребывания в больнице. В любом случае – ее это ребенок или нет – Современная Медицина получила нового желанного клиента для своих товаров и услуг.

Теперь Мэри и ее ребенок начинают проходить длинную череду ритуальных посещений педиатра. Тот посоветует им нездоровую диету вместо грудного вскармливания, назначит опасные прививки и станет торжественно вести статистику роста и веса малыша, записывать, когда он начнет переворачиваться, сидеть, ходить, говорить и перестанет мочиться в постель. Все это будет записано в прелестную маленькую книжечку, которую мать сохранит на память. Эти данные будут сравниваться с огромным количеством нормативов развития детей, которые указаны в бессмысленных графиках, имеющихся у врача, – и от них будут одни неприятности. Если рост и вес ребенка Мэри не будут соответствовать среднестатистическим, врач тут же ухватится за возможность отправить его на пожизненную каторгу медицинских вмешательств. И можете быть уверены: он не расскажет Мэри о том, что таблица стандартов веса, которой пользуется большинство педиатров, была составлена несколько десятков лет назад на основании выборки из 200 ирландских детей, проживавших в Бостоне, и имеет слабое отношение к ее ребенку – или вовсе к нему не относится.

В это же время саму Мэри одурачивают с помощью ежегодной процедуры взятия мазка Папаниколау – бесполезного и несостоятельного ритуала, который обеспечивает гинекологов работой и деньгами. Если хотя бы один из результатов этого печально известного своей неточностью анализа вызовет хоть малейшие подозрения, гинеколог может начать уговаривать ее удалить матку – «просто на всякий случай», а то вдруг раковые клетки к ней подберутся. Раз уж он взялся за дело, то решает – не спрашивая мнения Мэри – удалить заодно трубы и яичники. Это, разумеется, приведет к расстройству сексуальной жизни, обеспечив работой психиатров, не говоря уж о неприятностях преждевременной менопаузы. Но это все не волнует никого кроме Мэри и, возможно, ее мужа. Гинеколог посадит Мэри на ежедневную эстрогеновую диету, чтобы облегчить симптомы менопаузы, что заставит ее постоянно возвращаться к врачу для осмотров и дополнительных назначений, которые будут продолжаться, хотя и не должны, годами.

В конечном счете, если все пойдет действительно плохо, Мэри обнаружит себя в руках хирурга с перспективой полной мастэктомии [4] из-за рака груди. И ей никто не сообщит о не столь радикальных и менее уродующих методах, которые существуют и дают лучшие результаты. И я готов поспорить, что ей никто не расскажет, что именно эстрогены, которыми пичкал ее гинеколог, виновны в развитии рака груди.

Судьба Мэри, хоть мы ее и выдумали, представляет собой неаппетитный коктейль из бесчувственных, безразличных и опасных вмешательств, которые Современная Медицина навязывает женщинам. Большой трагедией является то, что они причиняют страдания пациенткам, даже не подозревающим, что их собственный врач вызывает многие заболевания, которые лечит. Современная Медицина окружила себя такой ужасающей завесой тайны, что большинство пациентов следуют назначениям врача, пьют его зелья, соглашаются даже на операции без сомнений и вопросов. Не их дело спрашивать. Их дело – пить таблетки и умирать.