Шрифт:
«Конец, – подумал Джейми, – сейчас утону».
Но в ту же минуту оказался на песчаном берегу и долго лежал, не в силах подняться, судорожно вдыхая прохладный свежий морской воздух. Грудь и руки были исцарапаны до крови песком, одежда висела лохмотьями. Наконец он медленно сел и огляделся в поисках Бэнды. Тот скорчился неподалеку и судорожно кашлял – его рвало морской водой. Джейми с трудом встал и, спотыкаясь, поковылял к другу.
– С тобой все в порядке?
Бэнда кивнул, глубоко, прерывисто вздохнул и взглянул на Джейми.
– Знаешь, я ведь не умею плавать.
Джейми помог ему подняться, и оба одновременно оглянулись на риф. От плота не осталось даже щепки – все унес буйный океан. Друзья добрались до алмазного берега. Вернуться морем они теперь не могли. Выхода не было.
Глава 5
Позади бушевал разъяренный океан, впереди лежала необъятная пустыня, простирающаяся от моря до подножия далеких суровых пурпурных гор Рих-Тервельд, обрывистых каньонов, высочайших вершин, бездонных ущелий, прекрасных мест, освещенных желтым лунным светом. У подножия этих гор и лежала долина Хексенкессел – «ведьмин котел», унылая иссушенная солнцем равнина, где гуляли буйные ветры, дикая пустынная местность, над которой не властны были столетия, сохранившаяся в этом виде, казалось, с доисторических времен. Единственным признаком того, что здесь все же ступала нога человека, было грубо намалеванное объявление на вкопанном в песок столбе. Луна тускло освещала огромные красные буквы:
ЗАКРЫТАЯ ЗОНА. ПРОХОД ВОСПРЕЩЕН.
Ловушка захлопнулась. Ничего не оставалось, как попытаться пробиться через Намибскую пустыню.
– Попробуем пересечь ее, и будь что будет, – объявил Джейми.
Но Бэнда лишь покачал головой.
– Охранники либо пристрелят нас на месте, либо повесят. Даже если повезет и удастся ускользнуть от них и от собак, подорвемся на минах. Мы, считай, уже мертвецы.
В голосе не было страха, только отрешенность, словно Бэнда заранее приготовился принять любые удары судьбы.
Во взгляде Джейми читалось только осознание собственной вины – ведь это он станет причиной гибели друга, а Бэнда не произнес ни слова упрека, даже сейчас, когда понял, что выхода нет.
Джейми повернулся и грустно оглядел грозную цитадель рифов, сплошную стену буйных волн, разбивавшихся о камни, и подумал, что произошло чудо, когда они добрались до берега живыми и невредимыми. Было около двух часов ночи, до рассвета, когда их обнаружат и убьют, оставалось четыре часа, а оба были еще целы и невредимы.
«Будь я проклят, – решил Джейми, – если сдамся!»
– За работу, Бэнда!
– Какую работу? – недоуменно заморгал друг.
– Раз мы пришли сюда за алмазами, значит, давай соберем их, да побольше!
Бэнда ошеломленно уставился на юношу с безумными глазами. Мокрые седые волосы прилипли к черепу; брюки висели лохмотьями.
– О чем ты толкуешь?
– Сам ведь сказал, они убьют нас, как только заметят, так ведь? Ну что же, пусть лучше умрем богачами, чем бедняками! Мы попали сюда чудом. Может, чудом и выберемся из этого проклятого места! А если нам удастся ускользнуть, черт меня подери, не желаю остаться с пустыми руками!
– Ты с ума сошел, – тихо сказал Бэнда.
– Будь мы нормальными, нас бы здесь не было, – напомнил Джейми.
– Какого дьявола, все равно нечем заняться, пока нас не найдут, – пожал плечами Бэнда.
Джейми сбросил изодранную рубашку, и Бэнда, сообразив, что к чему, последовал его примеру.
– Ну вот. Где эти большие алмазы, о которых ты мне все уши прожужжал?
– Да повсюду, – кивнул Бэнда и добавил: – Точно так же, как и охранники с собаками.
– Об этом побеспокоимся позже. Когда люди выходят на работу?
– Как только рассветет.
Джейми на секунду задумался:
– Есть ли какое-нибудь место на берегу, куда они не заходят? Мы могли бы там спрятаться.
– Никаких шансов. Люди работают везде, здесь и муха не пролетит незамеченной.
Джейми, хлопнув Бэнду по плечу, объявил:
– Ну ладно, пойдем.
Бэнда встал на четвереньки и начал медленно ползти вдоль берега, пропуская сквозь пальцы песок. Меньше чем через две минуты он остановился и поднял что-то.
– Нашел!
Джейми последовал его примеру. Первые два найденных камня были небольшими, но третий, должно быть, весил больше пятнадцати карат. Он долго смотрел на него, не в силах поверить, что столь драгоценное сокровище можно так легко отыскать. И все это принадлежало Соломону ван дер Мерву и его партнерам. Встряхнув головой, чтобы отогнать мысли, Джейми вновь принялся за работу.
Через три часа у обоих мужчин оказалось больше сорока алмазов от двух до тридцати карат. Небо на востоке стало светлеть. Если бы плот сохранился, именно сейчас настала бы пора возвращаться, но теперь не стоило и думать об этом.