– Но ведь листва только начала краснеть, - заметил я.

– Да, пройдет еще пара недель, пока они окончательно оденутся багрянцем. Но они очень красивы именно сейчас, когда ярко-красная и оранжевая листва еще сливается с зеленой. Это время перемен, недолговечное и прекрасное. Любой художник может нарисовать дерево в полном осеннем наряде, но не каждый сумеет уловить тот короткий переходный момент, когда оно еще только меняет цвет листвы с прохладно-зеленого на обжигающе красный.

– А после этого приходит зима, - сказал я.

– Именно.

– Я был бы счастлив, если бы вы приезжали сюда рисовать эти деревья или что-нибудь еще. Возможно, будет лучше, если я отойду в сторонку и оставлю вас в покое?

– Вы не помешаете мне, если останетесь, - сказала она.
– Кстати, меня зовут Мэриэнн Джонсон.

Мэриэнн снова взяла кисти и продолжила прерванный рисунок. Она работала очень быстро, ее мазки были уверенными и четкими. Я наслаждался, наблюдая за ее работой. И еще мне нравилось смотреть на нее. Ее нельзя было назвать хорошенькой, но черты ее лица были очень нежными, и я уже знал, что она видит в окружающем мире больше, чем я. Она была маленькой, уютной женщиной моего возраста, может быть, на год или два моложе. Мы говорили о живописи, деревьях и магии. Наконец, два часа спустя, ее рисунок был готов.

– Теперь нужно несколько минут, чтобы краски высохли, - сказала она.
– Затем я покрою картину акриловым фиксатором и больше не буду вам надоедать.

– Вы действительно хотите уйти?

– Мне пора, - уклонилась она от прямого ответа.

– Ладно, - сказал я.
– А если я покажу вам настоящий магический церемониал?

– Звучит заманчиво, - созналась Мэриэнн.

– Пойдемте в дом и посмотрим, не подарит ли вам что-нибудь _теменос_.

– Вообще-то я не думаю, что мне хочется входить в дом, осторожно сказала Мэриэнн.

– Тогда я быстренько сбегаю и посмотрю, нет ли там чего-нибудь для вас.

Она поколебалась, затем сказала:

– Не обращайте внимания. Я пойду с вами. Хочу посмотреть, как вы живете.

Войдя внутрь, мы миновали холодные, сверкающие хромированными поверхностями лабораторные помещения и попали в мою комнату. На алтаре, освещенное свечами, лежало что-то овальное и блестящее. Я протянул в руку и взял _изготовленное_. Судя по всему, эта штука была сделана из серебра.

– Похоже, это кулон или что-то наподобие, - произнес я.
– Магия предназначает его вам. Пожалуйста, примите этот дар.

С серьезным видом Мэриэнн приняла кулон и стала вертеть его в пальцах.

– Ну, - сказала она, - никак не ожидала, что день завершится таким образом.

– Я тоже. Могу я увидеть вас снова?

– Вы знаете ресторан "Альбатрос"? Я работаю там официанткой.

А потом она уехала домой, и мрак лаборатории сомкнулся надо мной. Я потерянно бродил взад и вперед по комнате. Здесь было спокойно, абсолютно спокойно, словно в бетонной гробнице. И я положил себя в нее сам.

Я думал о людях, практикующих магию. Какой жизнью они живут? Одинокой, скучной и опасной. Единственным счастливым браком магов, сдается мне, была женитьба Никола Фламеля и его возлюбленной Перренелль. И он был большим исключением. В своем слепом стремлении стать равным великим магам я почти не задумывался, что я действительно приобретаю при этом.

Неожиданно магия показалась мне пустым занятием, набором бессмысленных жестов и тарабарщины. В этот момент я почувствовал себя так, словно очнулся от многолетнего сна.

Этим же вечером я обзвонил всех компаньонов, и они собрались у меня в лаборатории. Прибыли Фил, Джон, Хэйнс и еще двое, которых я не знал раньше. Они привезли с собой магнитофон и видеокамеру. Я ощущал необычайное спокойствие. Я знал - сейчас должен начаться очередной акт этого спектакля, который в любом случае окажется для меня последним.

Я проводил их в комнату, где у меня был устроен _теменос_. Комната была маленькой и узкой, поэтому мы набились в нее как сардины в банку, и Фил положил мне сзади на плечо объектив видеокамеры.

– Вы действительно собираетесь позволить нам участвовать в церемонии?
– сказал Фил.
– Не хотелось бы, чтобы чудеса прекратились.

– Вы увидите классное шоу, - сказал я.
– Все будет в порядке.

– Что мы можем пожелать?
– спросил Хэйнс.

Я пожал плечами.

– Все, что угодно.

– Миллион долларов золотом - звучит неплохо, а?
– сказал Фил.

– Вы думаете, дух, или что там у вас, может это сделать? спросил меня Джон.

– Магия может все, - сказал я.
– Вопрос лишь в том, захочет она этого или нет. Если да, желаемое на ваших глазах появится вот здесь, в _теменос_.

– Раньше ты всегда проводил церемониал после полуночи, - напомнил Фил.

– Я спешу. У меня есть одно важное дело.

Я повернулся к _теменос_ и начал творить заклинания.