Шрифт:
Пророчат окончание игры.
Но рядом ты – себя я забываю,
Живу – до расставания поры.
А после погружаюсь в ожидание.
Пусть часто нестерпимое оно,
Но ты придёшь – и утолишь желание,
Как жажду – крепкое, чудесное вино.
***
Я знаю – ждут меня твои ладони.
Твое тепло, и я к нему прильну...
Но от отчаянья душа незримо стонет:
Иду долиной, вижу пелену.
За нею ждет привычный и нелепый
Мир из чудовищных строений и мостов…
Из компромиссов лживых прочно слеплен,
И полон возмущенных голосов.
Живут в его глубоких переулках
Пустые ужасы, живые миражи…
Шаги невидимых – чуть слышно или гулко…
В нем невозможно постоянно жить.
Я сотни раз оттуда убегала,
Но возвращалась, как бродячий пес.
Нет сил моих. Немыслимо устала…
Но верю, что пройду его – насквозь.
И пусть душа сжимается и стонет,
Пройду я сквозь густую пелену.
Я верю – ждут меня твои ладони.
Твое тепло. И я к нему прильну.
***
Твой образ стал объёмнее и ближе…
Порою кажется, что интернетный, тот,
В сети блуждает… Ищет, чтобы выжить,
Родную душу, молится и ждёт…
А тот, что рядом, оглушен немного,
Слегка растерян – новое пред ним.
Он не спешит нырять, глубины трогать…
То радостен, то грустью он борим.
Заботы – волнами, и страхом пыл остужен,
Нарушен устоявшийся уклад…
Но, отдышавшись, понимает – нужен!
Необъяснимо, нереально – рад!
***
Твоя любовь – что дерево в тумане.
Не знаю – живо? Сухо до корней?
Своей непредсказуемостью манит…
Чем сердце ближе – тем ему больней…
Бываешь ты холодным и суровым,
Бываешь огненным, от страсти – сам не свой…
Но сердце ль под душевною корою?
Но плачешь ты не только над собой?
Да любишь ли? Жалеешь ли? Порою
Не чувствую, не вижу, не пойму…
Быть может, тайну вечную открою,
Что я нужна лишь Богу одному…
***
Зерна золотистые, доспелые…
Вперемешку с пылью и песком…
Так любовь моя, последняя, несмелая,
От которой горько и легко.
Прожила в бездождии и скудости,
Вынянчила золотистый цвет.
Оказалось – сохранила с юности
Веру в чудо и небесный свет.
На пустынном поле, чистом, ласковом,
Солнечная тишь и благодать.
Словно жизнь не станет страшной сказкою…
Словно не наступят холода…
Зимнее время игнора
Начинается стылое, зимнее время игнора…
Счастлив тот, кто не ведает слово «игнор»…
Растащили обиды тепло по углам, словно воры.
Застывает, как лёд на губах, разговор.
Каменеет спина, не откликнутся плечи.
В посветлевших глазах завелись ледяные огни.
Слёзы душу не греют, и время не лечит.
Стужа, голод, пустыня, куда не взгляни…
Бесы выпьют обиды твои без остатка,
И отбросят, как старый, своё отслуживший, мешок.
Ты начнёшь оживать,