— Правда? — спросила Мария, вспомнив, что обещала Софи держать детей подальше от Гвен. Какова вероятность того, что именно сегодня она отправится за покупками и они столкнутся здесь? — А какие магазины предпочитает ваша бабушка? — поинтересовалась Мария, надеясь обойти их стороной, просто так, на всякий случай.

— Ей нравится «Джинниз», — ответил Саймон.

— А еще больше она любит магазин со свечами, — добавила Фло. — Гвен любит свечи. А еще духи и ремни.

— Разве можно любить ремни? — удивленно спросила Мария.

— Гвен любит, — доверительно произнесла девочка.

Внутри Торгового центра люди двигались подобно машинам на огромной развязке. Западная галерея вела к магазину «Джинниз»; восточная — через «Рубиновый двор» к магазину «Рафаэль». С потолка свисали алые, бирюзовые и золотистые флаги, ярко сияла хрустальная люстра.

Ребята, как зачарованные, прилипли к витринам «Тьюнвилль» и «Фокскрофт Твидз». Люди, проходившие мимо, с любопытством смотрели на них. Мария догадалась, что они могли видеть их фотографии в газетах; к счастью, дети не замечали этих взглядов.

— Можно я куплю диск «Металлики»? — попросил Саймон.

— Гадость! — вырвалось у Фло. — Не позволяй ему, тетя Мария.

— Почему не позволять? Почему это гадость? — спросила она, готовая раскошелиться на диск.

— Это тяжелый рок, — грустным голосом произнесла Фло.

— Это круто! — заверил племянник. — Можно мне его купить?

— Ладно, — ответила Мария, протягивая мальчику двадцатидолларовую бумажку. Он бросился в магазин. Фло, стоявшая рядом с Марией, покачала головой. Мария посмотрела на ребенка и улыбнулась. — Если тебе не нравится эта музыка, не обязательно ее слушать. Саймон может слушать диск в своей комнате, а мы с тобой пойдем вниз и поставим «Призрак оперы», — сказала Мария, зная, что Фло любит эту музыку.

— Маме это не понравилось бы.

— Почему? — спросила Мария.

— Она не разрешает Саймону покупать такие диски. Она против тяжелого рока.

Мария взяла девочку за руку и вошла в «Тьюнвилль». Разница во вкусах — это куда ни шло, но нарушать запреты Софи она не собиралась. Саймон стоял у прилавка, сжимая диск в руках, и ждал, пока продавец пробьет чек.

— Послушай, Саймон, — сказала Мария, прикидывая, согласится ли он поменять диск «Металлики» на какой-нибудь другой. Мальчик с надеждой заглянул ей в глаза. Он выглядел таким счастливым! Уголки его рта потянулись вверх, потом он широко улыбнулся. — Нет, ничего, — произнесла Мария.

— Тетя Мария! — воскликнула Фло.

Когда они вышли из магазина и влились в толпу покупателей, двигавшихся по галерее, Мария положила руку Саймону на плечо:

— Я прошу тебя в следующий раз придерживаться правил. Я не буду покупать тебе вещи, которые твоя мама запрещает. Договорились?

— То есть диск придется вернуть? — спросил племянник.

— Нет, — ответила Мария. Ей было нелегко пойти против требований Софи, но еще тяжелее было бы снова увидеть тоску на лице Саймона.

В качестве подарка для Тоби Фло выбрала розовую балетную пачку. Она увидела ее в витрине «Пенни Вайолет», магазина детской одежды, названного в честь двух дочек его владелицы. Купальник, к которому крепилась пачка, был белым и таким шелковистым, что Мария не сразу поверила в то, что он сшит из нейлона. Горловина и края рукавов были обшиты серебряными блестками. Сквозь многочисленные слои розового тюля сверкали стразы.

— Тоби любит балет? — спросила Мария.

— Не знаю, — ответила Фло, не сводя глаз с пачки.

— Тоби в нее не влезет, — сказал Саймон, который стоял поодаль, всем своим видом демонстрируя, что выбор подарка его нисколько не интересует. — Тоби слишком большая.

— Она во втором классе, — ответила Фло. — Но ей понравится пачка. Она в ней будет очень красивой.

— Ну, раз мы не знаем, любит именинница балет или нет, может, поищем ей что-нибудь другое? — предложила Мария. — Давай-ка пройдемся по магазину.

Мария помнила, что во времена ее детства на день рождения дарили наборы красок, бейсбольные перчатки или колечки, символизировавшие вечную дружбу, однако Фло настаивала на том, чтобы подарить Тоби что-нибудь из одежды. Фло и Мария пересмотрели множество платьев, слишком дорогих, чтобы покупать их девочке, которая скоро из них вырастет. На полке лежали свитера. Мария вытащила один, в разноцветные полоски: красные, синие, желтые, зеленые, розовые, оранжевые и лиловые. Он напомнил ей об одном Рождестве: ей тогда было семь лет, и она попросила у Санта-Клауса «юбку разных цветов», а вместо этого получила черную с мелкими фиолетовыми узорами.

Фло снова потянулась за пачкой.

— Как насчет этого свитера? — спросила Мария.

Фло кивнула.

— Подойдет, — сказала она. — Если ты хочешь.

— Знаешь, — сказала Мария, вспомнившая всю горечь того рождественского подарка, — мы можем купить эту пачку для тебя. Как ты на это смотришь?

— Ой, правда? — воскликнула Фло и захлопала в ладоши.

— Можем мы наконец идти? — спросил Саймон.

— Сейчас, только заплачу, — ответила Мария. — Кеды купим в «Спорт-Лофт», по дороге домой. — Стоя в очереди, Мария почувствовала странное облегчение. Она поняла, что все время, пока они находились в Торговом центре, постоянно оглядывалась по сторонам, боясь встретиться с Гвен. Сейчас у нее было ощущение, что они спасаются бегством. И в то же время она была в восторге от того, что ей удалось заставить детей Софи улыбнуться.