– И чего же?

– Не понимаю я, зачем было такую здоровенную и ломучую дуру через океан волочь. Можно ж было и на месте подарок купить. Или привезти что-то компактное. Тем более что ты прекрасно знаешь, я сюрпризы не очень люблю. Да и прогресс жалую лишь в небольших дозах. А дураком ты, партнер, никогда не был. У тебя умная еврейская голова! Так в чем же причина? А, Ян?

– Все просто! – широко улыбнулся Ян. – Это не только подарок. Это еще и демонстрационный образец. Именно на этих «ломучих дурах» я и планирую сделать бизнес. Понимаешь, партнер, по приезде в Нью-Йорк познакомился я с бизнесом своего brother in law [56] и оценил перспективы этого самого франчайзинга. Что такое франчайзинг? Чуть позже расскажу. Но придумал его, как говорят, партнер моего свояка, некто Юрий Воронцов.

При этих словах Рабинович дернулся. «И туда Воронцовы добрались!»

Гольдберг заметил странную реакцию партнера. Но рассказ прерывать не стал:

– Толковый, судя по всему, молодой человек. И в электричестве разбирался, и лекарство новое придумал, и даже новый способ ведения бизнеса. Вот только в исполнении моего свояка бизнес этот выходил копеечным. Нет, я ему помог по-родственному, конечно. Но единственное, чем я мог помочь – это подороже тот самый бизнес продать. За скромные комиссионные. Вот я и стал искать, куда бы этот самый франчайзинг еще приспособить. Понравился он мне. И оказалось, что не я там самый умный. Еще с прошлого года Фред Морган основал объединение по производству, продаже и обслуживанию электромобилей. И взял за основу принцип франчайзинга. Свояк мне потом нашептал, что Морган этот франчайзинг в его бизнесе подсмотрел. И даже обижался, чудак, мол, «у него украли». Будто принцип ведения бизнеса можно объявить только своим.

Полтора жида вежливо и коротко хохотнул и показал рукой, мол, не стесняйся, продолжай.

– Ну, я к этому Моргану и подался. Еще тогда, в январе. А дела там развиваются нешуточные. Они за прошедшие полгода продали больше тысячи электромобилей. И это на старте! А цены ты сам знаешь! И контрактов на обслуживание, ремонты и зарядку заключили почти двадцать тысяч. Большое дело, партнер! Миллионы крутятся! Уже все Восточное побережье охватили. На Средний Запад и в Канаду зашли. И начали подумывать про Европу.

Тут он усмехнулся, но как-то так, с легкой грустинкой.

– Не поверишь, партнер, но и там этот Воронцов отметился. Морган в центре своего бизнеса поставил «Электрический клуб». Так на одном из заседаний клуба выступал Тесла. И рассказывал, как они удешевят электроснабжение. Так, по его словам, в основе принятой стратегии лежат предложения «молодого инженера из России, Юрайи Воронтсоффа». Да-да, партнер, я не поленился, узнал, того самого Воронцова, партнера моего свояка.

– Толковый молодой человек! – лениво прокомментировал Рабинович. – Привлечешь его в бизнес?

– Если бы! Потерялся он где-то… Как услышал, что на Крите воюют, так туда и рванул, свободу защищать. Кстати, именно он ко мне и приходил, чтобы рассказать, что мою Сарочку и твою Софочку от этих бандитов спасли!

– Ты что-то путаешь! – рванув ворот, просипел Полтора жида. – Не может этого быть! Софочку Суворов спасал.

– Ну, не знаю, партнер. Спасал, может, и Суворов, но не в одиночку же? Были у него соратники наверняка. Воронцов, похоже, один из них. Но сейчас на Крите уже замирение. А от него ни слуху, ни духу. Наверное, все же погиб.

– Ну, так, по слухам, и Суворов погиб. Война все же… – протянул Рабинович.

Тут в дверь постучали, и прислуга внесла поднос с холодными закусками, парой стопок и запотевшим графинчиком, в котором плескалось граммов триста водки.

Гольдберг недоуменно посмотрел на партнера. Рабинович лукаво усмехнулся.

– Ты прав, Ян, во время делового разговора голову надо иметь трезвой. Но я считаю, пора выпить за встречу. И за то, что я на тебя больше не дуюсь.

Они выпили и, крякнув для солидности, закусили… Потом Гольдберг продолжил:

– Но, понимаешь, в самой конторе Моргана мне светило только место клерка. А серьезные деньги я мог заработать лишь как покупатель франшизы. То есть серьезно же и вложившись. Я уж начал было подумывать от него уйти, как вдруг в апреле он начал подбирать генеральных представителей для Европы. Понимаешь, партнер?

В возбуждении он вскочил, пробежался по комнате, потом налил по второй и, не дожидаясь собутыльника, выпил.

– Понимаешь, партнер? Я убедил его сделать меня своим генеральным представителем в Российской империи. Теперь я смогу быть тут эдаким «маленьким Морганом». А это, партнер, миллионные обороты. Пусть и не сразу. Я уже привез контракт. Американские партнеры готовы поставлять комплектующие для сборки электромобилей здесь, в Одессе. Я уже и заводик под это присмотрел. Куплю и буду собирать на нем электромобили под заказ. Так что с каждого проданного экипажа, партнер, можно полторы тысячи рублей иметь. И от трехсот до семисот рублей в год – с обслуживания.

Полтора жида одобрительно усмехнулся, но ничего не ответил, знаком предложив партнеру продолжить.

– И еще, что тебе интереснее, часть расчетов будет векселями. Среди ваших дворянчиков немало таких, что заканчивают проматывать состояние предков. Вот таким я и стану продавать машины за векселя. А требовать с них деньги мы будем уже вместе. Так, партнер?

– Верно, партнер! – ответил Полтора жида, явственно выделив голосом второе слово. Выпил второй шкалик [57] водки, догнав тем самым Гольдберга, и продолжил: