А ещё меня неотступно преследовала одна мысль. Имеет ли Лэмб возможность залезть в голову к Главному? Не верится, конечно, что мысли Дэриха Шон Драммера, которые доступны общественности, настоящие и что он никак их не корректирует, прежде, чем выпускать в сеть. Но ведь они там есть, и в структуру Опознавателей он включен...

Однажды, решившись, я всё же завела об этом разговор. Лэмб посмотрел куда-то далеко в сторону – я снова ощутила бушующее пламя вокруг него... Потом повернулся к окну и сказал жёстко, окончательно и страшно:

– Мне нужен его позор. И полная капитуляция Дрема.

Прислонившись лбом к стеклу, он замолчал.

– Что было, расскажите мне? – попросила я.

– Ты ещё маленькая, девочка... Зачем тебе жестокие игры с человеческими чувствами?

Следующие попытки спросить ещё хоть что-нибудь оказались безрезультатны. Конечно, хорошо быть «маленькой», чтобы никто не опасался и не подозревал. Но и доверия со стороны «больших» ждать не приходится... Однако я слишком долго и тяжело создавала такой далёкий образ, полностью контролируя каждую мысль, каждое действие, чтобы в один момент разрушить его! Но как же узнать, что связывает Лэмба с Дремом? И особенно с королевой?

– В своё время он надо мной поиздевался, – вдруг произнёс Третий. – И я отвечу ему тем же. В своё время...

Глава 12. Руины

Следующие три месяца я прожила спокойно, изредка наведываясь к Лэмбу. Он мне далеко не доверял, всё так же отказываясь помочь улететь, но я ощущала, что нравлюсь ему сильнее и сильнее.

Бури чувств к королеве продолжали вспыхивать при нашем общении, но очень редко, а я была такой хорошей и милой, что он всё время непроизвольно тянулся ко мне. Я тоже испытывала к нему нечто своеобразное – смесь азарта, любопытства, польщённого женского самолюбия – что такой уникальный человек страдает из-за меня, королевы, – плюс его мужское притяжение и моё искреннее восхищение всем, что он смог здесь совершить.

Да к тому же я видела разительное отличие между Лэмбом и Дмитрием, хотя боль за то, что второй стал таким, не покидала меня, как ни стремилась я избавиться от неё. Но прежних чувств я к нему не питала, а вот к Лэмбу что-то всё время росло и росло.

Иногда скользко пыталась выяснить, что же связывает его со мной – то есть Луэлин Грэт – и внезапно поражалась, что передо мной достойный, слегка ироничный противник, умело обминающий любые щекотливые вопросы.

Когда речь не шла о королеве или о Дреме, он вдруг делался очень нежным, ласковым и ужасно уставшим. В отличие от Дмитрия, который часто выпускал наружу злость и раздражение.

Мысли о том, что именно из-за него Дмитрия отобрали у меня, продолжали посещать. Однако я пришла к выводу, что бывшего любимого это всё равно не оправдывает.

Пусть у него не было возможностей Лэмба, пусть он не мог даже примкнуть к нему из-за нежелания самого Лэмба... Но не опускаться же до такой степени! До пьянства, симпатии к дремлянам и покорной констатации: «Да, я трус и ничтожество...»!

Лэмб ни разу не заходил ко мне, и однажды я спросила его, почему. На это он ответил, что никогда не вернётся на Дрем.

Дмитрий тоже заходил всё реже и реже, да и у меня не было желания видеться с ним – а каждый раз, как оно вдруг неожиданно появлялось, он разочаровывал меня ещё сильнее.

Периодически появлялся Даминио, звал куда-нибудь, потом мог пропасть на десятиделю а то и две... Но когда я прекратила посылать на Интеллект мысли о неравнодушии к Дмитрию, тут же объявился. Поначалу я даже как-то не соотнесла это.

Стояло прохладное дремлянское лето. Шиканув новеньким спортивным перапом, Даминио уговорил меня пролететься.

– Поздравляю с обновкой! – произнесла я, заходя в перап, припаркованный возле моей приёмной панели. Даминио гордо кивнул:

– Красавчик, а?

– Премия на работе? – усмехнулась я.

– Ага, – Даминио неопределённо повёл плечом, но я решила продолжить вопросы. Я по-прежнему не совсем представляла, что за человек передо мною, чем занимается, чем увлекается... Однако Даминио вдруг поинтересовался: – Эйри... зачем тебе этот плащ? Может, оставишь его?

– Холодно, – откликнулась я.

– Он... не особенно красит тебя, – осторожно произнёс молодой человек, плавно отводя своего «красавчика» от окна.

– Зато удобно, – безмятежно отозвалась я, не собираясь отказываться от подобного скрывающего фигуру элемента. Если хочет всем продемонстрировать, с какой красоткой гуляет, пусть поищет себе другую.

Он не стал настаивать, взлетая.

– А кем ты работаешь? – вернулась я к предыдущей теме, пока он вёл перап без помощи автопилота, сидя за пультом управления.

– Провожу частные расследования, – откликнулся Даминио, бросив на меня быстрый взгляд. Эйри, естественно, ничего не заметила, но Луэлин несколько напряглась.