На вид новая одежда казалась крайне неказистой и уродливой — этакое латанное-перелатанное одеяние нищего охотника. Чего я и добивался. Светить всему городу новехонький комплект из крайне дорогой вараньей кожи я не собирался. В последнюю очередь нашил в нужных местах петли для метательных ножей и несколько карманов. Проверил насколько легко и быстро могу достать оружие. Два кармашка пришлось перешивать, чуть смещать в сторону, но я не пожалел времени и все сделал как надо.

Рюкзак погибшего русского трогать не стал — обернул в несколько слоев полиэтилена и спрятал его вместе с камуфляжем в выдолбленный в стене тайник. Тут Палыч прав на все сто процентов — про эти вещички следует забыть очень и очень надолго. Хватит с меня уже нажитых проблем. С ними бы расхлебаться.

С делами я управился за день, и следующие сутки посвятил ничегонеделанию — лежал на кровати и читал толстенный том Александра Дюма Граф Монте-Кристо. Седому я солгал — читать я мог очень хорошо, равно как и писать. В свое время длинной холодной и вынужденно бездеятельной зимой Тимофеич терпеливо учил меня разбирать и писать буквы. Он же пристрастил меня к чтению, притаскивая домой найденные в завалах чудом уцелевшие книги, журнал и разрозненные клочки бумаги. И я с жадностью приник к окну в совсем другой захватывающий мир поглотивший меня с головой.

К полудню второго дня безделья, я с крайней неохотой собрался, привычно вдел руки в лямки давно собранного рюкзака с самым необходимым и покинул свою уютную нору. Пора навестить ТЦ и отметиться перед охранниками. Тщательно замаскировав вход в убежище, я извилистыми загогулинами отошел на полкилометра в сторону и уже оттуда, напрямую отправился к толкучке.

Новая одежда была в два раза толще и тяжелее старой, но я не жаловался. Приобретенная солидная защита от клыков и ножа стоила того чтобы потерпеть пару лишних килограмм давящих на плечи.

На воротах меня ждали. Стоило мне появиться, как один из охранников отпихнул с пути скрюченную бабку с туго набитой сумкой и быстро зашагал ко мне.

— Битум? Правильно?

— Ага — несколько опешил я столь мощного напора. Терять время на приветствия охранник явно не собирался.

— Топай во внутренний двор да поживее — велел тот — Тебя уже заждались.

— Понял — покладисто кивнул я — Считай, что я уже там.

— Я сейчас до трех посчитаю, и если за это время ты не испаришься в сторону внутреннего двора, то не обижайся, браток — мрачно пообещал охранник — Мы тебя здесь с самого утра выглядываем. Пожрать отойти и то не сумел. Про отлить уже молчу.

— Все — примирительно поднял я ладонь и, шагая по направлению к входу в здание ТЦ — Я в движении.

У входа в резиденцию Бессадулина стояла пара незнакомых мужиков и мне сразу полегчало. Встречаться с избитым Семеном и его вороватым напарником желания не было. В принципе этой встречи не избежать — городок у нас маленький — но чем позже, тем лучше. Может до того времени их уже схарчат пустынные твари или загнутся от какой болячки….

— Я Битум — представился я — Рашид Хасанович меня ждет.

— Битум?! — просветлел в лице один из охранников и махнул рукой вглубь темного коридора — Бегом давай!

— А обыскивать не будете? — против воли вырвалось у меня изо рта — И рюкзак не оставлять что ли?

— Бегом! — рыкнул мужик и, пожав плечами, я покорился.

Причину столь явного пренебрежения охранниками обязанностями я понял сразу же, как переступил через порог кабинета Бессадулина и уткнулся взглядом на направленные мне в живот автоматные дула. Просторный кабинет сейчас казался не больше собачьей конуры из-за едва вместившегося сюда десятка человек. Стоящие вдоль стен пятеро охранников с ТЦ, замерший в углу Седой, Бессадулин сидящий за столом и расположившиеся перед ним три чужака. Что это те самые русские понятно сразу — хотя бы по отсутствию черного загара прочно въевшегося в шкуры местных обитателей и естественному цвету не выгоревших на солнце волос. Плюс знакомый мне камуфляж песчаной расцветки. В центре восседал воистину огромный кряжистый мужик, справа от него темноволосая девушка, а слева хлюпик с торчащей из воротника пятнистой футболки тощей шеей и очками на переносице. Живописная троица…

— Наконец-то! — недовольно рыкнул при виде меня татарин — Чего встал на пороге? Проходи и садись.

— Это и есть наш проводник? — гулко пророкотал похожий на скалу мужик, окидывая меня цепким взглядом.

— Он самый, Борис — отозвался хозяин Бессадулин и от удивления я невольно моргнул: уж очень вежливым был голос у всесильного хозяина ТЦ. Можно сказать предупредительным — Лучше него опасности пустыни не знает никто.

— Ясно — проворчал русский и обратился напрямую ко мне — Имечко-то какое… Национальность? Русский?

— Понятия не имею — безразлично ответил я, опускаясь на стоящий у стены деревянный стул — А это важно?

— Пожалуй, нет — ответил Борис, которому навскидку я дал лет пятьдесят или чуть больше. Остальные куда моложе. Парень в очках тянул самое большее лет на тридцать пять, девчонке еще меньше — Важно лишь насколько хорошо ты знаешь пустыню.

— Говорю же — лучшего отобрали — вставил свое слово Рашид Хасанович.

— А вот сейчас и проверим — буркнул чужак и, поманив меня пальцем, кивнул на расстеленную поверх стола карту — Давай, проводник, проложи путь отсюда и до самого Ташкента. Проведи пальцем линию.