— Точно не знаю — признался я, виновато разведя руками — Если честно именно поэтому и дергаюсь. Я как вещи его захапал так будто бы сам не свой стал. Блин… и не знаю, как объяснить! Руки трясутся, сердце колотится… надо спокойно идти, не торопясь, а я рванул что есть сил… эх! — сплюнул я, злясь на самого себя — Сглупил! Не понимаю, что на меня нашло!

— Хе! — усмехнулся Палыч — Что нашло, что нашло…. Мандраж на тебя нашел, Битум! Такое часто бывает — стоит человеку солидный куш захапать, так он будто ребенок малый становится, глупить начинает… Короче — дело дрянь! Остается надеяться, что тебя никто не засек. Опять же если кто и спросит — куда это ты мол намедни сломя голову бежал? — всегда отбрехаться можно. Скажешь…

— Да понятно — остановил я мастера на полуслове — Отмазаться сумею.

— Вот и ладно — удовлетворенно кивнул Палыч и, отхлебнув глоток кофе, блаженно зажмурился — Ох… Лепота!

— А?

— Лепота, говорю, чурка ты необразованная! — буркнул старик — Вещи поглубже спрячь и забудь! Года так на два!

— На сколько? Дядь Андрей, а че так долго-то?

— Вещи больно приметные — досадливо прищурился Палыч — Меня слушай и не суетись. Сейчас все злые как черти, дерганные. Чужаки весь город взбаламутили. Выждать надо пока вся муть обратно на дно осядет. В общем, пока я тебе не скажу, пока добро не дам, вещи не трогай! Понял?

— Понял, дядь Андрей. Спрячу и забуду.

— То-то — удовлетворенно кивнул мастер и вновь зашебаршил ложкой в пакетике с кофе. Палыч он такой — пока все кофе не выпьет, не успокоится.

— Дядь Андрей, а что вообще происходит? — поинтересовался я, прихлебывая остывший чай — Кто они вообще такие? Откуда? Я про гостей.

— О! Напомнил о главном — не расспрашивай никого о чужаках! Нос любопытный и дурной не суй в эти дела — вмиг обрубят сопелку под самый корень! Живи как всегда — ходи на охоту, собирай луковицы, черепах.

Я лишь безмолвно кивнул, а Палыч понизил голос и заговорщическим голосом поведал:

— Русаки это.

— Что, прямо оттуда? — не поверил я.

— Ага. Оттуда. Прямиком из России матушки — многозначительно подняв палец, кивнул старик — Эх…. Как меня отправили сюда в семьдесят девятом, так здесь и остался. Видать в песках и помру, не повидав родину.

— Да ладно вам, дядя Андрей. Здесь тоже жить можно. А там что сейчас творится одному Аллаху ведомо.

— Это да — вздохнул Палыч — Нас-то война считай стороной обошла, а вот Россия у многих поперек горла стояла. Боюсь и думать, что там от моей родной деревни осталось — она от Москвы почитай в двухстах километрах всего была. Наверняка одно пепелище выжженное и чернеет… вот как после этого в судьбу не верить? А? Я же аккурат за год до начала кошмара ядерного на родину возвращаться собирался. По переселению. Уже и контейнер приготовили, и объявление о продаже квартиры напечатали… ан не судьба значит…

— А почему не уехали-то, дядь Андрей? — полюбопытствовал я, хотя давно знал историю наизусть. В первый раз ее услышал, когда был совсем пацаном, и мы вместе с Тимофеевичем приходили чаю попить. Вернее чаи гоняли старики, а я, высунув язык, обтачивал зажатую в тисках железяку, пытаясь превратить металлический брусок в свой первый метательный нож…. Давно это было…

— Так из-за денег будь они неладны! — всплеснул руками Палыч — Я как заявление об увольнении на стол начальника кадров положил, так тот ажно побурел. «Не пущу!» — кричит и кулаком об стол бьет. А я ему в ответ — еще как пустите! Право такое имею! И давай мы с ним бодаться! Он меня и так обхаживает, и эдак, а я все на своем стою — не останусь и все тут, хоть режь меня, значит! Но таки уговорил меня, черт старый, пусть земля ему будет пухом. Деньги ведь они завсегда нужны, даже сейчас без них никуда.

— Это да — поддакнул я, нащупывая во внутреннем кармане куртки изрядно похудевший сверток с талонами и паханскими.

— Всего полгода я новой зарплате радовался-то. Дачу достроил, в квартире ремонт сделал и на тебе! Конец света пришел! Все прахом пошло. Эх! Лучше бы я кофе накупил — на все деньги! — в сердцах сплюнул Палыч и высыпал в стакан остатки кофейного порошка — Ну да это дело прошлое. Живы остались и ладно. Правильно ведь говорю?

— Правильно — подтвердил я и поторопился сменить тему — Дядь Андрей, а зачем они приехали-то?

— А кто их знает — с безразличием пожал плечами Палыч — Об этом пусть у главного нашего голова болит. А мне машину их подшаманить велели. Общее ТО и ПР провести.

— Чего провести? — с недоумением переспросил я.

— Технический осмотр и профилактические работы — важно объяснил мастер — Они же сколько тысяч километров отмахали на нем, да все по бездорожью и пескам. А машина знатная! Такой ни у кого из наших нет. Ни у Пахана, ни у Бессадулина. Сначала Ракитин и разговаривать об этом не хотел, сами мол все сделаем, а как со мной парой слов перекинулся, так и добро дал. Доверился, значит! Понял, что я в машинах получше многих разбираюсь.

— Ракитин?

— Главный их — небрежно пояснил Палыч — И самый старший по возрасту, не намного моложе меня. Так! Я тебе что сказал? Забудь о чужаках! Понял?

— Да понял я, дядь Андрей, понял — заверил я мастера, но добился лишь того, что он раздраженно грохнул кулаком по столу, да так, что зазвенели все чашки.

— Да нет, вижу, что прям чешется у тебя в одном месте! Неймется! Сказал же — забудь! Не расспрашивай, не интересуйся и вообще, ты же на охоту собирался? Вот и иди себе с богом. Топай давай, а мне работать надо.