— И много вас тут?

Никки Синклер бросила на Рафаэля настороженный взгляд.

— Кроме меня, никого.

Хоть какое-то утешение, подумал Рафаэль, запустил пальцы в волосы и, случайно наткнувшись на шишку, болезненно поморщился.

Избавиться от Никки Синклер будет проще простого. Его самолет до сих пор стоит в аэропорту в получасе езды отсюда. Ее доставят куда она захочет. Скоро можно будет насладиться приятным уединением.

О продолжении испанских каникул Никки не может быть и речи. Во-первых, это частный дом, постояльцев тут не принимают. Даже если заплатят. Симпатичная, но агрессивная гостья в программу расслабляющего отдыха никак не входила.

Терпение у Рафаэля уже лопалось. Нет, хватит с него. Отправит Никки в аэропорт и выкинет события сегодняшней ночи из головы. Теперь его очередь отдыхать.

Только тут Рафаэль сообразил, что разговаривать сидя на полу — не дело. С трудом поднялся на ноги, потом протянул руку гостье.

— Значит, вы не знали, что я здесь? — грустно уточнила Никки, воспользовавшись его помощью и встав.

— Понятия не имел, — пробурчал Рафаэль. Прикосновение Никки обожгло, словно огнем.

— Так и знала, что будут какие-то проблемы. Слишком все хорошо шло.

Никки вздохнула, высвободила руку и опустила плечи. Рафаэля это расстроило.

— Что — все? — уточнил он.

Никки как-то сразу поникла, и это ему не понравилось.

— Эта поездка. Габи сказала, что вы не будете возражать.

Рафаэль насторожился:

— Вы знаете Габи?

Никки кивнула и снова робко улыбнулась:

— Да. Обещала все устроить, но вижу, не устроила…

Вот ему урок — не надо было разрешать сестрам приезжать сюда в любое время. Рафаэль вспомнил о многочисленных звонках и письмах Габи, которые проигнорировал, и поморщился от чувства вины.

— Нет.

— Я так и поняла.

Никки снова вздохнула и совсем сникла, будто из нее выкачали весь воздух.

К досаде Рафаэля, у него невольно сжалось сердце. Была в этой Никки какая-то чувствительность, ранимость, пробуждавшая его очень неудобную и непрактичную наклонность кого-то защищать, о ком-то заботиться. Глупости, конечно, — женщина, угостившая его таким ударом, явно в защите не нуждается. И ранимой ее не назовешь.

Но сейчас Никки казалась такой подавленной, будто на плечи ей взвалили неподъемный груз. Рафаэль хотел выставить ее за дверь, но понимал, что не хватит духу. К тому же, если он выгонит подругу сестры, Габи ему это всю жизнь будет припоминать.

Рафаэль вздохнул и выругался про себя.

— Уже поздно, — произнес он, решив, что слишком устал и не в состоянии принимать серьезные решения. Вдобавок неприлично выставлять гостью из дома за полночь. — Утром обсудим.

— Хорошо, — проговорила Никки с такой усталостью в голосе, что захотелось прижать ее к себе и заверить, что все будет хорошо. Спрашивается, с чего бы это?.. — Спасибо. Спокойной ночи.

— Спокойной ночи, — пробормотал Рафаэль, развернулся на каблуках и зашагал прочь по коридору, думая, что спокойной эту ночь можно назвать только с очень большой натяжкой. А учитывая неудовлетворенное желание и странное наваждение, вряд ли можно рассчитывать на покой.

Да что же за черная полоса такая в последнее время, мрачно думала Никки, наблюдая, как Рафаэль поднимает брошенный на пол чемодан и скрывается за углом.

Глупо было надеяться, что поездка в Испанию оправдает ожидания, когда все остальное в ее жизни шло наперекосяк.

Утомленная событиями последнего получаса — и полугода, — Никки закрыла дверь, подняла с пола «Дон Кихота» и улеглась в кровать. Положила книгу на тумбочку и выключила свет.

Когда и почему вся ее жизнь покатилась под откос, в миллионный раз пыталась сообразить Никки, глядя в темноту и чувствуя невыносимую тяжесть на сердце.

Шесть месяцев назад она была полна сил и энергии. Бодрая, не теряющая энтузиазма, Никки дала зарок, что не позволит случившемуся на Ближнем Востоке сломить себя. Никки хваталась за каждое предложенное задание и выкладывалась, как в последний раз. Постоянно работала и переезжала с места на место, крутила страстный роман с потрясающе сексуальным журналистом.

Все шло отлично, в точности по плану, и Никки наслаждалась жизнью. Сделала одни из лучших фотографий за всю карьеру, побывала в постели с лучшим партнером. Оставалось только поздравить себя — ей удалось отпугнуть любые хоть сколько-нибудь мрачные мысли.

Вот видишь, говорила себе Никки, получая награду за одну из фотографий и улыбаясь бойфренду. Все коллеги, твердившие разные глупости про посттравматический синдром, — ошибались. Не считая редких ночных кошмаров и легкого дискомфорта в толпе, никаких симптомов Никки не замечала. И вообще, она же умная женщина, поэтому в качестве профилактики записалась к психотерапевту и прошла курс лечения. Там ее учили осмыслить произошедшее и оставить прошлое в прошлом. Так Никки и сделала — жила полной жизнью, занималась любимой работой, даже удостоилась награды. Чем не доказательство?